Чёрный полдень

Во все стороны полетели ошметки горелого мяса, обломки ребер и клочья вспыхнувшего наполнителя пуховика. Не удовлетворившийся этим Ветрицкий выстрелил второй раз — уже валившегося с ног мертвеца подкинуло в воздух и оторвало левую руку, — уселся на пол и заменил использованную аккумуляторную батарею чаромета на новую.

— Твою мать! — выругался я, разглядев лицо едва не прикончившего всех нас человека. Сан Саныч! Черт! Возница и вправду оказался вовсе не так прост, как прикидывался.

— Сам погляди, — наконец отнял руки от лица пиромант.

— Глаза целы, — успокоился я, внимательно осмотрев многочисленные порезы. — Зато теперь точно никто не узнает.

— Аптечку давай, шутник хренов, — не оценил позитива ситуации пиромант.

— До свадьбы заживет, — сунул я ему носовой платок.

Что с Верой? Живая, и это радует. Ногу, правда, бинтует, но лучше уж так, чем вовсе без снайпера остаться. Да и жалко девчонку. Ладно, а Ветрицкий там как? Мне на него, в принципе, с высокой колокольни, но сегодня он нас всех спас. И не единожды. Не то что я, идиот, — столько добра понабрал, да все в ранце так и оставил. То ли волновался, то ли мозги и в самом деле в последнее время соображают плохо.

С Ветрицким оказался полный порядок. Все так же сидя на полу, он, поморщившись, сунул палец в простреленное в пуховике отверстие. Облегченно выдохнув, поднял с пола спасший ему жизнь автомат с покореженным прикладом, о который, собственно, и срикошетила выпущенная Сан Санычем пуля, повертел его в руках и выкинул в снег.

— Держи, — вернул мне перепачканный кровью платок Напалм, ранения которого оказались вовсе уж пустяковыми, и поспешил к Вере.

Переглянувшись с Ветрицким — тот уже поднялся на ноги и в ответ на мой вопросительный взгляд только пожал плечами, — я побежал вслед за пиромантом.

— Успокойтесь вы, — осадила нас привалившаяся к стене девушка. — Кость не задета, пуля навылет прошла.