Лелька и ключ-камень

Да только за пару дней перед тобой им пришлось делать такие же анализы для свинокомплекса из соседнего района, а там шутка ли, несколько тысяч голов. И поговаривают, что основной владелец — губернатор, а это значит, что бумажкой не отмахаешься, губер — мужик конкретный, все проверит-перепроверит. Объясняй потом, что ошибся и аллергию с ящуром просто перепутал, еще твои правнуки долг выплачивать будут. Ну если успеешь и сможешь после такого ими обзавестись. Так что с твоими им даже заморачиваться не пришлось, проверили пару моментов и стало ясно — те же яйца только сбоку.

Так что отменяй добавку, поставим твоей свинке антигистаминное и адью, пусть дальше хрюкает.

Конечно, спасение семейной фермы надо было бы отпраздновать, но праздник пришлось отложить. Ветеринар поставил флегматичной Рогнеде укол и, получив бутыль фирменной Натальиной наливки, отбыл дальше нести исцеление местной скотинке. Андрей же, с облегчением выдохнув, понял, что допрашивать племяшку, похоже, нет смысла. Видать, справилась она с бедой.

Зима в этом году оказалась снежная, но спокойная. Лелька вела нехитрое хозяйство для себя и дяди Андрея, бегала на лыжах в лес к ауке, которого научила играть в шахматы. Это умение заметно повысило авторитет старого прохиндея, а после того, как он выиграл несколько партий у Зюзи и получил какие-то невиданные по лесным меркам преференции, то вовсе вознесло на недосягаемую высоту. Однако несмотря на спокойную и даже скучную жизнь, предчувствие твердило юной веде, что весна принесет ей кардинальные перемены, и не факт, что к лучшему.

Это предчувствие вело бы себя еще активнее, услышь Лелька один разговор. Только вот слышать его она не могла, поскольку происходил он в городе, в неврологическом отделении областной больницы.

Андрей приехал к жене и дочери, чтобы обсудить результаты лечения и планы на будущее. Результаты были неутешительны: Ирина плохо говорила из-за правостороннего пареза лицевого нерва, у нее почти не работала скрюченная вечной судорогой правая рука и очень плохо функционировали ноги, особенно левая.

Врачи утверждали, что больше ничего сделать нельзя, последствия полиомиелита неизлечимы. Наталья же сдаваться была не намерена. Всеми правдами и неправдами она добилась лечения дочери в Москве, в специализированной клинике. Дело было за малым — надо было собрать деньги на билеты и проживание.

Андрей не возражал против планов жены. Дочку он любил и был готов на все, чтобы ей хоть немного помочь.