Камень, книга 3

Я как бы остался для охранника незамеченным. Думал, прорываться придётся.

Не так я себе представлял интернат для инвалидов.

Территория соток двадцать, в глубине двухэтажное кирпичное здание старой постройки, что за ним, не видно. Но заасфальтированный проезд, во всяком случае, имеется. Здесь же, как бы место для прогулок, прибрано и трава подстрижена, но две клумбы изрядно запущены. Зато дорожки в полном порядке.

На веранде, вернее, террасе,– дощатый пол, обрешётка, матерчатый тент от дождя и солнца, но сегодня именно от дождя – человек двенадцать, в основном женщины, кучкуются по интересам или по другим признакам.

Один человек стоит, не иначе наш Аркадьевич, рядом столик с забытыми шахматами и сидящий к коляске партёр. Если играет в шахматы, это уже неплохо. А выглядит просто отлично, единственно, глаза пустые.

– Неужели Тоня? – удивился он – А с вами кто-то незнакомый? Муж?

– Нет, начальник, Александр Николаевич – представила меня Антонина.

– Павел Аркадьевич – он протянул мне руку – очень приятно, хоть и неожиданно.

Я так понимаю, если вы Тонин начальник, то приехали по делу?

– Возможно – состорожничал я – но сначала хотелось бы поговорить.

– Тогда прошу ко мне – он достаточно уверенно двинулся в дом, лавируя между людьми. Мы за ним.

Поднялись на второй этаж, дошли до нужной комнаты. В коридоре чисто, но небогато, линолеум местами вытерся, но воздух свежий и перила вдоль каждой стены.

Комната метров восемь, окно упирается в глухую стену, но слепому нормально. Кровать, стол, три стула.

Ещё изрядный не новый шкаф и дверь, там, видимо, санузел. Аура значительных проблем со здоровьем не показывает, глаза… глаза не работают, но никаких воспалений не вижу.

– Прошу, располагайтесь – широким жестом показал на стол, – Тоня, вы всё там же пашете, или сменили фирму? И почему вдруг ко мне интерес? Вы предупредили, что я ничего не вижу?

– Сменила, Павел, вернее, меня сменили. Теперь вот ставим производство с нуля и хотели бы с вами посоветоваться. Можно за деньги.

– Даже так? Вы же понимаете, что я отстал от жизни на три года и девять месяцев? Мне, конечно, очень приятно, и я польщен, и всё такое, но поверить не могу.

Компромата ни на кого не имею, капиталом не распоряжаюсь, да и невелик он.

«Пьер, что думаешь?»

«Спроси, видит он хоть что-то. С головой вроде порядок, реакции нормальные».

– И всё-таки – вмешался я, хоть и договаривались с Антониной, что буду помалкивать – очень вас прошу, помогите разобраться, очень проблема странная.