Камень, книга 3

Оба, конечно, начали сопли пускать насчёт многолетней беспорочной службы, малых деток и заслугах перед отечеством. По мне так, здоровому грузчику остограмиться, это как мне полстакана пива выпить, то есть ни о чём. Но другим-то точно нельзя.

Вернулся к остальным.

Моментально выяснил, что насчёт коллективной выпивки знали все, выпили-то на семерых одну бутылку. Литровую, или меньше, женщины не поняли, один из грузчиков проставился. Сто граммов на человека? Пьянкой назвать язык не поворачивается, но требуется пресечь.

Хотел уже присутствующим слух отключить, чтобы с Анной без лишних ушей перетереть, но она сама предложила с ней выйти. А ей-ей, готов был спалиться.

– Что с мужиками?

– Жить будут. Отравились грибами, есть такие, что без водки лопай, сколько хочешь, а с алкоголем можно и помереть. Но обошлось, и промывание желудка помогло, и я поддержал немного. Что делать-то будем?

– С машинкой, думаю, Лиза справится, там заклинило что-то, и защита сработала. По крайней мере, я на это надеюсь.

– А с людьми?

– Сама не знаю.

Мы на границе сто грамм за выпивку не считали. Но и спускать нельзя.

– Первое последнее предупреждение?

– Да что им предупреждения эти!

– Но нельзя, чтобы рядом с оборудованием выпивали. Не дай бог, несчастный случай, мы с вами отвечать будем, устанем объяснения писать. Вот если с попавшимися контракт поменять? Дополнение к контракту написать, что в случае присутствия на работе в нетрезвом виде штраф и увольнение по статье.

– Статьёй их не напугаешь. И всё равно продолжат, как мы ночью проверим?

– А мы для провинившихся введём обязательное прикладывание к алкотестеру, как у Гайцов.

Тем, кто не попадался, как бы доверяем, а этим в начале и конце смены в трубочку дуть. Причём всем, и кто пил, и кто про это знал. Поможет?

– Может и получиться. Пошли, обрадуем.

Народ и впрямь, обрадовался. Для кого-то проверка на алкоголь – нарушение прав человека, конституции и глубочайшая душевная рана. Здесь народ попроще, сегодня не уволили, так будем дуть хоть каждые полчаса.

Пришлось мне это приложение к контракту сочинять и распечатывать, потом Анна осталась объяснительные собирать и подписанные приложения. А я спать поехал.

Долго отлёживаться не дали, ровно в девять фельдъегерь прибыл. Всю ночь добирался, что ли? Предложил ему отдохнуть – не захотел, только кофе попросил. Убрал приготовленный пакет в саквояж, расписался в получении и уехал.

Тогда и узнал от Василия, что слониха вчера из помещения так и не вышла.