Спящие секреты

Парень с тоской посмотрел на стандартный бланк рапорта с бесчисленным количеством виз и согласований и с тоской потянулся к служебному телефону. На том конце провода отозвались без промедлений.

— Жень, — грустно спросил Даниил, услышав знакомый голос. — Ну что у вас за обострение очередное?

Их кадровый куратор Женя, официально капитан Парамонов Евгений Сергеевич, был одним из последних живых воплощений оптимизма на государственном лайнере бюрократии. Судя по тому, что роста в кадровике насчитывалось едва ли сто шестьдесят пять сантиметров, а избыточного веса не водилось даже в теории, позитива в госслужбе оставалось всё меньше.

Однако даже плохие новости Женя умел сообщать исключительно радостным голосом, от которого казалось, что заканчивать жизнь самоубийством пока ещё рановато.

— Даня! — обрадовался Парамонов знакомому голосу. — Как дела? Ты какой-то грустный сегодня.

— Я всегда грустный, — на автомате парировал Даниил. — Особенно когда мой отпуск внезапно оказывается под угрозой. Почему мой рапорт вернули?

— Ах, это! — Фонтан эмоций никуда не исчез, а внутреннюю энергию кадровика можно было почувствовать даже через телефонную трубку.

— Чего не хватает? — В первую секунду Даниилу показалось, что он ослышался. — Зачем мне Осетия? Я вообще-то в Питер собираюсь ехать.

— Это неважно, — голос кадровика по-прежнему разливался ручейком дружелюбия. — Указиловка из центра пришла, теперь надо указывать, что ты предупреждён о запрете поездок в Абхазию и Южную Осетию.

— Так это заграница, нам и так туда нельзя, — искренне не понимал суть проблемы молодой человек.

— Даня, ну что я могу сделать, шеф эту строчку в рапортах теперь в первую очередь смотрит, — добавил отчаяния в голос кадровик, но прозвучало все равно фальшиво. — Там делов-то, заедешь к нам, мы рапорт перепечатаем, и все в ажуре будет.

— А потом мне ещё три дня на нем визы собирать, — тоскливо пробормотал Даниил, понимая, что спорить бесполезно.

— Отлично, — почти что прокричал на том конце провода Евгений. — Буду ждать!

Положив телефонную трубку, Даня спрятал лицо в ладонях и чуть было не застонал от нахлынувших эмоций. Вот именно в такие моменты и начинаешь ненавидеть государственную службу.

С одной стороны, бесконечное количество регламентов и инструкций значительно упрощает жизнь, особенно в тех случаях, когда человек, скажем так, не особенно умный.