Покров-2. Багряница

И половина рта исчезла, так что стали видны ряды зубов.

– Э… – Василиса так опешила, что забыла, зачем его окликнула. – А когда рейс обратно?

Вася рассмеялся, смыкая обнажённые челюсти и вращая глазами в чёрных провалах.

– Никогда, – покачал головой полускелет. – Отсюда не бывает обратных рейсов.

– Так что, я тут навсегда останусь? – руки сами собой бессильно повисли.

– Ты же сама сюда пришла. Это не часто бывает. – А голос у него оказался вполне приятный. В отличие от внешности.

– Но там мои друзья… и родители… – Чувствуя, как разогнался пульс, Василиса опустилась на булыжники мостовой.

Вася так и стоял рядом, засунув руки в карманы. Кажется, ему было плевать на её положение.

Василиса бессмысленно блуждала взглядом по улице, утонувшей в тумане, и никак не могла собрать мысли в сколько-нибудь стройную цепь. Мимо проколыхался подол длинного тёмного платья. Подняв голову, Василиса рассмотрела спешащую куда-то беловолосую женщину. Где-то такие белые волосы уже мелькали. Да ведь это же Агафья, её портрет был в музее.

– Эй! Погодите! – Василиса поднялась и мимо Васи запрыгала вслед женщине, которая и не думала оборачиваться. – Да подождите вы!

Наконец дама остановилась и обернулась. Хвала небесам, у неё оказалось вполне нормальное человеческое лицо.

– Вы – Агафья Русакова?

– А вы кто? – надменно спросила дама.

– А я – Василиса.

– И что?

– Вы можете мне помочь?

Агафья, казалось, удивилась.

– Помочь, говорите. А почему нет? Ну что ж, пойдёмте.

Следом за графиней Василиса двинулась в туман. Мимо проплывали силуэты деревьев, углы домов, кованые заборы, какие-то развалины. Потом Русакова исчезла в прямоугольном тёмном проёме. Василиса едва успела подхватить длинную резную деревянную створку. Внутри здания пахло деревом и подвалом. Вверх вела тёмная крутая кованая лестница с высокими перилами и гулкими ступенями.

На втором этаже тоже оказались двойные высокие двери, за которые нырнула Агафья. Василиса вошла следом. Вокруг ввысь тянулись бесконечные стеллажи с книгами, перемежающиеся мутными зеркалами.

Высоченный потолок с лепниной и сверкающей люстрой, новый аккуратный паркет, ряды светлых кресел с деревянными резными ручками и ещё одно огромное зеркало в кованой раме. Только отражение в нём странное – волнообразное. Посреди комнаты – раскрытый деревянный сундук, обитый жестяными полосками. А внутри – сверкающая россыпь.

– Что это? – спросила Василиса, не понимая, зачем её сюда привели.