Покров-2. Багряница

Теперь у неё ныли обе ноги, а ещё руки, шея и поясница, так что на костыль она опиралась как на посох.

Болотная топь то превращалась в прудики, то полностью скрывалась в траве и камышах. Временами ноги увязали в мягкой растительности, и вода проникала в обувь сверху. Но все так вымокли, что уже почти ни на что не обращали внимания.

Вдруг Гаврил остановился. Давид Юрьевич, сделавший лишний шаг, потянул Лету за собой.

– Что? – прохрипел Коля, подходя ближе.

– Там что-то есть. – Гаврил, поудобнее перехватив Летину руку, сделал шажок к старому поваленному дереву.

Корнями оно оставалось на берегу, а часть замшелого ствола и крона терялись в озерце.

– Что-то плывёт, – проговорила Зоя, забираясь на ствол. – Что-то большое.

– Господи, здесь ещё и крокодилы есть? – выдала Василиса.

– Здесь есть кое-кто пострашнее крокодилов, – не глядя на неё, проговорил Гаврил.

Зоя, мелко перебирая ногами по стволу, семенила к воде.

– Осторожнее! – окликнул её Давид Юрьевич. Он и Гаврил посадили Лету на землю и разминали плечи.

Зоя уже добралась до места, где дерево совсем ушло под воду. Сделала ещё пару шажков, так что вода достала ей до лодыжек.

– Это корзина с ребёнком! – звонко крикнула Зоя, обернувшись, но тут же её лицо вытянулось, будто она сказала что-то не то.

– Да ладно! Не может быть! – Коля, чесавший ногу сквозь штанину, тоже забрался на дерево. Ствол дрогнул, и Зоя взмахнула руками, но удержалась.

– Ну-ка, слезь. – Давид Юрьевич подал Коле руку.

Когда парень спрыгнул, ствол снова вздрогнул. Зоя снова чуть не упала.

– Это же он, тот ребёнок! – У Коли, размахивающего руками, даже зрачки расширились.

– Какой ещё ребёнок? – не поняла Василиса.

– В общем, есть такая легенда, – затараторил Коля, – что много лет назад граф Русаков, который жил в Слободе, соблазнил горничную, и она, понятное дело, родила младенца. Но у графа с его женой детей не было, и они захотели отнять ребёнка у этой служанки. Тогда она схватила его и рванула к болотам.

Её догнали и утопили, а ребёнка забрали, хотя она успела пустить его на какой-то деревяшке по воде. Но на девятую ночь ребёнок всё равно умер. Говорят, его задушила другая любовница графа. Её потом нашли повешенной.

– А горничная до сих пор уводит детей, – тихо проговорила Снежана, глядя, как мимо медленно проплывал прямоугольный предмет.

– Как это? – не поняла Василиса, тоже не в силах оторвать взгляда от мерно покачивающейся корзинки.