Скользкий

— А от сока ее кто потом чистить будет?

— Ну чё ты как маленький? Я этой бандурой себе что-нибудь отрежу. Или тебе...

Адик хмыкнул, протянул Шурику рукоятью вперед длинный нож, и тот одним движением раскромсал арбуз напополам.

— Красный, — с удовольствием заметил Ермолов, вырезая середину.

— И пахнет неплохо, — принюхался я, уловив знакомый аромат.

— Но не сахарный, — не смог не поддеть Шурика вернувшийся Горбунов.

— Ты чего несешь? Какой сахарный? Ты где сейчас найдешь сахарный? — взорвался тот.

— Арбуз кто пошел выбирать: ты или я? — Валентин достал из карманов штанов по бутылке водки. — А раз ты пошел, то это твоя забота сахарный найти, а не моя.

— Чё так мало? — Ермолов крутнул бутылки водки этикетками к себе. — Я тебе денег бутылок на пять «Золотой» оставлял.

— А на пожрать? — не принял претензии Валя. — И Гоша еще базлать начал, что мы вчера ему должны остались. Пришлось три рубля отдать.

— Ты б ему лучше в дыню дал, чтоб не базлал, — расстроился Шурик.

— Ему — легко. А на его мордоворотов у меня здоровья уже не хватит.

— Мы хоть действительно вчера в долг брали? — вздохнул Шурик.

— Я не помню, — честно сознался Горбунов и задумчиво посмотрел в сторону бара.

— Брали, — успокоил парней Адик. — Три водки и два портвейна для девок.

— Тогда ладно. — Шурик скрутил пробку с бутылки водки. — Ну что, за возвращение Скользкого?

Выпили. Меня всего перекорежило, но водка оказалось лучше, чем та, которой вчера угощал Петрович. Или эта просто холодная? А арбуз хорош. Очень они с водкой замечательно сочетаются.

— Ну и где тебя черти носили? — поинтересовался Валя, забирая у подошедшего официанта, а по совместительству и вышибалы, поднос с закуской.

На подносе дымилось блюдо с пельменями и тарелка с лапшой быстрого приготовления. Никак для меня расстарались? И когда здесь нормально кормить начнут? А никогда. Народ сюда не за этим ходит.