Птичка, которая попала

- Тут недалеко, - обрадовался он. – Ребят, я сейчас мотнусь за Фаргом и обратно.

- Фу, да он трусло, - фыркнула Элла, только сейчас заметив исчезновение интуриста.  – Ментов что ли испугался?

- Всё правильно сделал, - отрезал Тимур. – У него документов нет.

- Он что, беженец? – тут же полюбопытствовал кто-то из банды.

- Некогда, - отбрыкнулся горе-куратор, вскочил на железного коня и рванул по стрелке навигатора.

Как ни странно, но остальные тоже не стали задерживаться и проследовали за ним.

Героя нашли… поздно.

Вообще, вышло эпично: они такие красивые – агрессивные вкатываются на поляну, а там… какой-то мальчик судорожно жмётся к, судя по всему, матери, двое мужчин весьма затейливо висят на окружающих деревьях. Их пытаются снять полицейские, но без стремянки выходит так себе. Врач скорой помощи, что приехала вслед за родителями и органами правопорядка, наложил на Фаргона жгут и деловито бинтует раны (хорошо, что в потёмках цвет крови не разобрать).

Фельдшер в это время втыкает шприц с обезболивающим. После скоренько грузят интуриста на носилки и уезжают в закат. Точнее восход.

- Ладно, тут я сам разберусь, - Тимур с силой потёр лицо, потеребил уши, пытаясь взбодриться (китайская методика, между прочим) и пошёл к полицейским, которые бодро вскинули пистолеты на изготовку. Правда, довольно быстро их убрали, стоило тому показать корочки. Остальные лишь недоумённо переглянулись.

- Чекист он какой-то, что ли? – Сутулый явно не пребывал в восторге от подобных тайн.

- Хэзэ, меня больше волнует, что с Фаргом, - отозвалась неуёмная дочурка. – Ты видел, сколько крови было на повязке?

- Да, он всё-таки нарвался сегодня на драку.

Фаргон лежал на жёсткой койке и переживал за… мальчика. Странно, ведь это абсолютно посторонний человеческий детёныш, почему гизара так волнует его судьба? Да, дети для крылатых необычайно ценны… крылатые, а не посторонние. Возможно, взыграло любопытство: зачем пацана связали и каким образом собирались использовать.

А может дикий страх, что он увидел в его глазах, проник в душу. В любом случае, всё это очень нетипично для гизаров, даже учитывая лояльность Фаргона к отдельным человеческим индивидам.

Единственное, что иномирянин понял из ночного происшествия – его костюм очень крутой! Конечно, он и так это знал, но не применимо к огнестрельному оружию. Ибо пули, попавшие в него, на теле отразились лишь в виде синяков.