Златоустов. Том 1. Особенный наследник

Сегодня она была одета в длинную чёрную юбку с широким ремнём, подчёркивающим тонкую талию, и блузку изумрудного цвета с пышным жабо.

У меня вопросов к преподавательнице не было, разве что вопросы интимного характера, но они, кажется, были в данном случае неуместны. Поэтом, собрав вещи, направился к выходу. Артемий, Пётр и Филипп двинулись за мной. Все хотели посмотреть драку. Но вдруг Ника Гордеевна окликнула меня:

– Константин, подожди. Мне нужно проверить твои знания. Посиди немного. Сейчас отпущу ребят и с тобой займусь.

На меня снова все обернулись. Во взгляде парней читалась нескрываемая зависть.

– Придётся тебе подождать, – сказал я Кириллу, который тоже собирался уходить. – У меня, как видишь, дела.

– Ладно, везунчик, живи до понедельника, – ответил он. – Сегодня мне некогда тебя ждать, а завтра у девчонок соревнования. В понедельник после уроков решим наш спор.

Ника Гордеевна быстро отпустила ребят, и мы остались с ней наедине.

– Бери стул, присаживайся, – кивнула она на место рядом с собой.

Я сделал, как она и сказала. Уселся рядом за её столом – так близко, что чувствовал запах её духов, а наши колени чуть ли не соприкасались. Я положил учебник на стол:

– Я ещё не всё вспомнил из пройденного материала. Но стараюсь.

– Это хорошо, что стараешься, – проговорила Ника Гордеевна и отодвинула учебник. – Но сейчас речь пойдёт не о предмете.

Глава 8

Интерлюдия 2 (Андрей)

Огромные во всю стену окна гостиной выходил в садик с фонтаном. Евсевий сидел в плетёном кресле, а на стеклянном столике рядом стояла холодная бутыль с пивом.

Андрей редко употреблял алкоголь, тогда как Евсевий пил постоянно. Это началось давно, ещё после сиамской войны, и с каждым годом проблема только усугублялась. Андрей знал об этом, но ничего не говорил. Он всего лишь этайр, а Евсевий – князь. Каждый должен знать свой место. К тому же Евсевий настойчиво просил не предавать огласке его слабость. А советов он не терпел.

Вечер ещё не наступил, а Евсевий был уже под мухой.

– Так, значит, ты говорил с Константином? – спросил он, как обычно, отрывисто и грубо. – Что думаешь?

– В основном я рассказывал Косте о наших родовых этериях. С памятью у него действительно плохо.

– Не удивительно. После пули в башке никогда уже не будет хорошо.

– И тем не менее, вижу, что Костя стал очень рассудительным и разумным юношей. Он схватывает всё налету. И суждения у него... довольно зрелые.