Святоша. Путь хранителя

Произошло это после того, как я пустил ему кровь, поэтому я обернулся и не раздумывая резанул и наставника. Мужик заорал от боли, но быстро умолк, часто моргая. Сориентировался монах моментально, кинувшись в бой.

А я рванул в обратную сторону, навстречу остальным. Моё оружие послушно секло своих же, те вопили и приходили в себя. На Воронецком у меня дрогнула рука и рана получилась серьезнее, чем у других. Княжич с криком упал, а я крикнул Ростовскому убрать его отсюда и обернулся.

Герман так лихо и метко отстреливал волков в полете, что я даже засмотрелся.

И в этот странный момент передышки я наконец увидел ту, кто всё это устроил. Эта была девушка, самая настоящая и вполне обычная. Высокая и худая, в длинном белом платье и с короткими черными волосами, рваными прядями торчащими во все стороны. Её тонкие губы шевелились, но слов слышно не было. Значит, всё таки ведьма? Слишком уж молодая.

— Видишь? — я извернулся и подобрался к Глебу, обращая его внимание на ночную гостью.

— Вот зараза, — монах дергал за цепь, застрявшую в черепе демона. — Ну-ка, прикрой.

Он бросил оружие и отступил, освобождая мне место. Я лишь успел заметить, что наставник складывает печать, прежде чем закрыть прореху в нашем строю.

Только одна тварь лишилась головы, когда сквозь нас прошла волна теплого воздуха, всколыхнув одежду и волосы. Картинка затуманилась, но всего на пару секунд.

Мы добили остатки демонов и подошли, окружая ведьму. Вблизи я заметил протяженный шрам на бледной коже щеки и открытые глаза. Глеб не убил её, просто парализовал и теперь на нас смотрели очень недобрым взглядом темных глаз.

Нормальная ночная тишина вдруг навалилась и я услышал своё сердце, колотящееся в груди от схватки. Глеб брезгливо сплюнул и тихонько ткнул носом ботинка девушку в ногу:

— Попалась, паршивка.

Меня немного перекосило от такого обращения. Поверженного врага унижать - последнее дело. Монах это заметил и усмехнулся:

— А ты не кривись, благородный. Эта особа десяток человек в объятья Вечной отправила. Заманивала и своим зверушкам скрамливала. Дай ей возможность, она твою глотку зубами перегрызет.

От такого оправдания легче не стало, но я промолчал. Перечить командиру при свидетелях да ещё и на боевой операции того не стоило.