Мама из другого мира. Том 1

Мечта была так близко, но по вине непутевого ангела всё пошло прахом! И этот новый мир с варварским, скотским отношением к сиротам! В котором Димка лежит, располосованный до мяса, избитый до такой степени, что шевелиться не в силах.

— Димочка, мальчик мой… — я осторожно, едва касаясь, перебирала его волосы, боясь причинить боль.

Да за что у него судьба такая?

В одном мире родители отказались и отдали в детский дом, после чего его вовсе убили. Попал в другой мир — и тут он отказник и опять на краю жизни и смерти.

Ну не заслужила светлая детская душа такого отношения! Что вы за ангелы, в конце концов, если так поступаете с ребенком? Хуже людей ведь!

— Дима, это я, Лиза. Ты только не пугайся моей внешности, я тебе совсем скоро всё-всё расскажу, обещаю!

— Лиза? — он пристально разглядывал моё лицо и не находил знакомых черт. — Но так не бывает…

— Ты можешь спросить меня о чем угодно, что известно только нам двоим. И я отвечу. Хочешь?

Спустя минуту тишины, нарушаемую лишь моими всхлипами, Димка задал вопрос, от которого на душе у меня потеплело:

— Как мы хотели назвать кота?

— Бантик, — ответила я, не раздумывая и доли секунды, и тут же продолжила: — А собаку Хвостиком.

Директрису детского дома звали Лидия Николаевна, и в тот день мы собирались праздновать твои успехи в математике. И ты сказал… — в горле резко запершило, — что готов отправиться со мной на край света… помнишь?

Из глаз мальчика вдруг ручьем хлынули слезы — еще бы, столько переживаний для одного ребенка! И он завыл то ли от боли, то ли от облегчения, что больше не один в этом странном месте, где ему всё чуждо и незнакомо.

Я переполошилась, не зная что сказать.

— Лиза, это меня так ангелы наказали, да?

— О чем ты говоришь, Димочка?

— Ну, за то, что я напал на Лешу с ножом, и теперь я такой… Марик сказал, что я скоро умру. — И, будто подтверждая ужасные слова незнакомого мне пацана, Димка вдруг закашлял… оставляя капли крови на подушке. Сердце в очередной раз совершило кульбит, ухнуло куда-то вниз и разбилось вдребезги.

— Димка, не говори ерунды. Твой ножик для Алексея, что деревянная зубочистка, на один зуб. Так что ты не виноват. — Я говорила чистую правду, надеясь, что мальчик это почувствует. Нож у него был, да только не нож, а металлическое недоразумение. Складной, совсем крохотный, рассчитанный на детскую руку. Да ещё и с тупым лезвием — сама же его и затупила, чтобы не поранился ненароком.