Камень, книга 1

Есть и ловушки, чтобы его возить, но в них помещается совсем немного. Даже в моей колеснице есть небольшая, называется аккумулятор, но тебе дать не могу, не уеду тогда.

Глава 3

Надо что-то делать с бурьяном.

После завтрака пошел в сарай искать инструмент. Планомерное обследование принесло результат.

Коса оказалась не сломанной, а просто другой конструкции: не такая, как в кино, а на красной железной рукоятке. Лезвие крепится болтом, а он зачем-то раскручен. Ну, это дело поправимое, ключи в сенях лежат.

Подтянул, попробовал пальцем – вроде, острая. Примерился – держать, вроде, удобно. Вариантов взять неправильно не вижу.

Припоминаю, что нужны еще грабли – но вот чего в сарае нет, того нет. Может, где снаружи остались у стеночки, аттракцион «наступи сюда». Топоров несколько, даже один колун, двое вил – но никаких грабель.

Попробуем косить.

Оказалось, не так это и сложно, если не спешить и сильно не размахиваться. Некоторые растения, правда, приходится топором рубить, но топор острый, рубит легко.

Таскать топор неудобно, поэтому выкашиваю там, где коса берет, а потом вырубаю то, что осталось. И так небольшими кусочками. Топор, чтобы не потерялся в траве, ставлю к стенке.

Тётя Тася устроилась у сарая, на поленнице, чтобы быть выше травы и всё видеть. Дремлет на солнышке.

Расчистил вокруг крыльца, потом двинулся в сторону бани. Пока везёт, коса берет всю траву, топор не нужен. Так за час с небольшим сделал широкий проход и обкосил вокруг бани. Стало аккуратно, просторно, но ходить неудобно, трава мешает.

Перешел к сараю, топор поставил рядышком. Решил передохнуть и убрать скошенную траву. Зашел в сарай, пристроил косу, смотрю на вилы, выбираю: у одних три зубца и длинная рукоятка, у других четыре, но рукоятка короткая. Взял в руки четырехзубые, примериваюсь у дверей, удобно ли будет траву собирать.

Чувствую, движуха снаружи какая-то. Оборачиваюсь, а там два мужика, один падает, другой по странной траектории летит на меня и явно не поздороваться.

В руке что-то вроде ножа и явно достаёт до меня. В замешательстве заслонился от него, чем было – он на это «чем было» и наделся, на два из четырех зубьев. Под нижнюю челюсть и вверх, вот так. И больше не бежит, а оседает, и вилы из рук выворачиваются.

А второй, упавший на спину, тоже не бежит уже, голова повернута неестественно, а лицо у Таисии в пасти. Сам в крови, Таисия в крови, но держит, не отпускает.

Да уж, покосили травку.