Камень, книга 1

– То есть изумруды и сапфиры?

– И бриллианты – краем глаза увидел, что Маша оживилась.

– Но ведь вы не могли делать огранку..

– Кто вам такое сказал? – удивился я – просто не хотел, бриллианты здесь как красная тряпка для быка, и рынок небольшой.

– А если я не смогу собрать денег за указанный срок? И потом, для бриллиантов свой рынок, там пятьдесят пять процентов много будет.

– Пусть за первую партию бриллиантов будет пятьдесят процентов. А дальше посмотрим. Так устроит?

– Договорились. А в каких пределах я могу делать заказы?

– Да что сможете продать, не привлекая внимания, то и заказывайте.

Ну и учетом возможностей перевозки.

Довольный Георгий долго уточнял детали, иногда весьма важные, иногда, на мой взгляд, и сущую ерунду. Матвей Нахимович совершенно забыл о своей болячке, что-то планировал, спорил. Мария приготовила лёгкий ужин, атмосфера образовалась почти домашняя.

Наконец, около семи часов я заявил, что нам пора ехать, и сразу воцарилось гнетущее молчание.

Дед пытался отвертеться, но мы с Марией сумели собрать его и усадить в машину. Несколько сняли напряжение мои слова о том, что завтра сам привезу ювелира. В конце концов, мы тронулись.

Ехали не спеша, по дороге несколько раз останавливались. Дед рассказывал о жизни, о нелёгкой доле ювелира, а я больше отмалчивался. На повторяющиеся вопросы, к кому же мы едем, я повторял, что к моему брату, который учился у тибетских монахов. Вспомнив о моей просьбе, он вручил коробочку с бриллиантом – на две недели.

Доехали без происшествий. Из деревни вызвал по рации Шуру и Пьера, сказал, что везу клиента. Как я и предполагал, Шура с Пьером не общался.

Тётя Тася восторженно встретила нас метров за пятьсот, подозреваю, что кто-то ей подсказал насчёт моего приезда. Или давно ждала?

Так втроём и доехали до самого шатра. Шура встречал нас рядом.

Накрыли камень одеялом, уложили деда. Я присел с краю под предлогом настройки аппаратуры, позвал мысленно:

– Привет, Пьер!

– Здорово, командир.

Как съездил?

– Ни плохо, ни хорошо, я чуть позже расскажу. Сейчас хочу насчёт пациента поговорить.

– А что о нём говорить? Старый, помрёт скоро.

– Мне надо, чтобы не помер.

– Надо – сделаем, командир. Омолаживать будем?

– Немного, чтобы незаметно было.

– Ну тогда лет на десять, да?

– Да. И ещё, не мог бы ты его у себя продержать часов до шести утра? Очень спать хочется, а мне его ещё обратно везти.

– Ладно.