Бумажный Тигр (III. Власть)

Крамби нахмурился.

- Почему? Мы не должны отрезать себе пути спасения, какими бы тонкими они ни были.

Синклер облизнул губы. Он выглядел подавленным и всякий раз, когда вынужден был открывать рот, его голос предавал его, а пальцы принимались отчаянно стискивать друг друга. Вот оно, слабое звено якорной цепи, подумал Лэйд, без всякого злорадства, напротив, испытывая к Синклеру явственное сочувствие. Не обладающий ни должной самоуверенностью, ни солидными запасами жизненного опыта, он, столкнувшись с немыслимым, быстро сдулся, превратившись в оплывшую оболочку прежнего себя.

- Я нашел десять человек, которые будут постоянно слушать телефонные аппараты, но… Д-джонсон, чья смена была последней. Он… Сперва он сказал, будто бы слышит хруст капустных листов и скрип мела. П-потом… Потом надолго замер, а после начал смеяться как безумный и, кажется, смеется до сих пор.

Крамби поджал губы. Судя по дрожи в глазах и в пальцах, этим неуловимым признакам, свидетельствующим о состоянии души лучше самого чуткого гидросфигмографа[5], он и сам был подавлен сверх всякой меры, но все-таки держался. Возможно, его поддерживало осознание той роли, которую он вынужден был выполнять – капитана тонущего корабля. А в том, что «Биржевая компания Крамби» именно тонет, кажется, не сомневался уже никто из присутствующих.

- Держите себя в руках, Синклер! – потребовал Крамби, - Не забывайте, что мы не клерки и не курьеры. Мы – члены оперативного совета! Если в этом здании и есть люди, способные принимать решения, то это мы!

Синклер попытался улыбнуться, но улыбка у него вышла беспомощной и жалкой.

- Я понимаю, но… Там, снаружи… Если смотреть туда, я слышу голос своей покойной тетушки, он шепчет и…

Синклер затрясся в беззвучных рыданиях.

Скоро расклеится, подумал Лэйд с сожалением. Даже жаль его. Мальчишка, оказавшийся не на своем месте – и в чертовски неудачное время. Остальные немногим прочнее, но и на их дух нельзя уповать бесконечно. Рано или поздно мучимые неизвестностью люди начнут впадать в панику. И дай Бог мне сил разобраться в происходящем до того, как этот процесс сделается необратимым.