Ловушка на ловца

– Белкин мотнул головой. – Мало того, что вы все-таки задержали меня, так это видел еще и наблюдатель, который может стать свидетелем в суде.

– Думаю, у меня случится приступ амнезии. – я понял, что мне позволили увидеть нечто такое, что разрешается знать не каждому старшему дозорному.

– А ничего, что это вовсе не я, а ваш мальчик убил стража? – Белкин зевнул. – Меткое попадание в спину. Я, знаете ли, Устав чту. Я о правонарушениях докладываю, а не искореняю их.

– Вот как? – Нектарьевич вопросительно посмотрел на меня.

Меня так и подмывало сказать, что этот лазутчик врет, но я лишь мотнул головой:

– Это правда. Я промахнулся.

– Час от часу не легче. – инквизитор щелкнул пальцами. – Фернаго, я ничего не слышал. Ты стрелял именно в стража, потому что испугался. Для наблюдателя это не преступление, а самооборона. Все, дело закрыто. Обвинение с Юрия Анатольевича Белкина официально снято.

– Но как же так? – я был возмущен. – Даниил Нектарьевич, мы, что его просто отпустим?

– Вася, ну что ты, ей-богу? Жизнь – это не просто постоянный выбор между добром и злом, прощением и местью, любовью и презрением, нет, жизнь – это компромисс.

Юрий Анатольевич был при исполнении. Он нашел правонарушения. Но и мы задержали его, потому что произошло убийство, пусть магического стража, но – преступление. Мы все действовали в рамках закона, как и должны. Но тайного блюстителя порядка мы обнаружили, благодаря тебе, Вася, и это, между прочим, делает лицею честь. Наши наблюдатели оказываются сильнее инспекции. Так ведь, Юрий Анатольевич?

– В общем, да. – инспектор хитро щурился. – Даже не знаю, что лучше: доложить о создании второго, не предусмотренного мировым соглашением уровня защиты лицея как о проявлении борьбы с магическим терроризмом, или как о превышении должностных полномочий. Слушай, Нектарьевич, раз уж меня мальчишка поймал, давай на чистоту: что у тебя еще в загашнике?

– А чего мне нельзя? – инквизитор сел и пригласил жестом всех присоединиться.

Магические стражи топтались у дверей. Мы с Белкиным разместились друг против друга.

– Я так понимаю, Нектарьевич, ты нашел себе преемника? – Юрий Анатольевич не казался рассерженным, наоборот, это задержание, похоже, было для него небольшим приключением в рутине скучной жизни.

– Правильно понимаешь. – Нектарьевич был невозмутим.

Я покраснел. Нет, ну намеки были, но чтобы вот так прямо сказать об этом международному инспектору, это было лестно.