Глупо беречь снаряды в битве с самим собою…

Мало ли в городе сумасшедших, которым за державу обидно? Но как мне до рожи-то добраться?

Она огляделась по сторонам. Рядом с правой колонной стоял дурацкий пуфик, на котором покоился служебный телефон. Женька глупо хихикнула.

- Как любят говорить мои мальчишки: «хочешь кого-то стукнуть - подставь табуреточку».

Аккуратно спустив телефон на пол, она вздохнула и переплела пальцы. Огонек закопошился и зашевелил лапками, как жучок, очнувшийся после зимней спячки. Женька осторожно развела сомкнутые ладони, и поднесла их к золоченой раме.

В этот момент она готова была поклясться, что в глазах Зубова мелькнул первобытный ужас.

- Что, зассал? – злорадно поинтересовалась Птица, припоминая свое плебейское происхождение, и осторожно двигая ногой «табурет» поближе к стене. - Девки с рабочей окраины – это тебе, гадюка, не императорские фрейлины! Не знал? Сейчас узнаешь!

За ее спиной раздался негромкий сдержанный смешок. Вздрогнув от неожиданности, Женька едва не выронила свое «оружие». Но бесстрашно обернулась, ожидая увидеть перед собой охранника.

И вместо привычного крупного мужика в форме, обнаружила перед собой невысокого человека в треуголке, ботфортах, и том самом хорошо знакомом ей мундире, который был на императоре в его последний вечер. В одной руке «Павел» держал свечу, а в другой – флейту.

- Кажется, мне нужно сказать: «Спокойной ночи, Ваше Императорское Величество!» - подумала Женька. – И тогда и привидение растает…

Но вместо этого сердито заорала:

- Что за манера – постоянно возникать у меня за спиной! Вы сговорились, что ли? Или так положено по протоколу? Интересно, когда все государевы призраки успели его подписать?

- О каких еще призраках вы говорите? – спросил «Павел», оглянувшись.

– Здесь я один.

- Второй такой же торчит в Гатчине – буркнула Женька. – Только вы чуть помоложе будете.

Она покосилась на неожиданного гостя, чей облик немного расплывался у нее перед глазами. И добавила:

- И, кажется, не столь материальны.

- Я бы так не сказал. Можете в этом убедиться.

Император собрался протянуть ей руку, но сообразил, что обе - заняты, и виновато улыбнулся.

- Чтобы играть на флейте, нужны крепкие пальцы – вздохнул он.

Потом посмотрел на пламя в ее ладони и спросил:

- Как это у вас получается? Ведь нет ни лампы, ни свечи…

- А мне они не нужны – хмыкнула Женька. – Я – огненная птица. Феникс.

- Но сейчас вы – женщина.

- Сейчас я – дура! – возразила она. – Точнее, неудачница.

Государь удивленно вскинул бровь.