Грани. Система Иерархии

— Ясень, как бы ты поступил?

— Ну, цыганка, судя по поведению и реакции на нее окружающих, явно недовольных ее присутствием и конкуренцией, не местная, можно регистрацию проверить и срубить бабла по-легкому.

— Стажер Ясень, я понимаю у него совести нет, а у тебя? Ладно, давай.

Ткань реальности дернулась милиционер, позевывая, повернулся и тут, в зону досягаемости его заплывших жиром поросячьих глазок, попалась галдящая цыганка.

— Уважаемая, предъявите-ка документики.

Вера скользнула пустыми глазами по непонятно откуда взявшемуся милиционеру, нагнулась над мокрым и дрожащим у ее ног мокрым котенком и повернулась к причитающей над своим разбросанным товаром старушке.

— Бабушка, извините меня Бога ради.

— Да за что же милая? — дрожащим голосом пролепетала старушка, гладя дрожащей рукой котенка — видать, напугал кто-то. Ишь, намок как.

Вера водрузила картонный ящик на место, подобрала разбросанные пачки сигарет, затертые пакетики жвачки, последней подняла, смахивая жидкую водянистую грязь обветшалую книжонку.

— Вот бабушка — она протянула, стараясь незаметно для окружающих втиснуть пару мятых купюр.

— Спасибо милая, не надо, ей Богу не надо.

— Ну что вы, бабушка, вам вот на хлебушек будет. Берите, ну берите же.

— Храни тебя Бог, милая. Вот возьми от меня — бабушка протянула ей ту самую замызганную книжонку. «Житие Николая угодника», пусть он тебя хранит и мелко-мелко перекрестилась.

Вера взяла книжку, прижала к груди, не жалея дорогой куртки, немытого, трясущегося котенка и вошла вглубь перехода.

Обычная, каждодневная картина, наблюдаемая на каждом шагу. Не так ли? Обычные люди, обычная жизнь — но судьбы у всех разные. Из таких вот нитей и ткется полотно истории, полотно всей цивилизации нашей маленькой голубой планеты.

— Операторская? Да Синицына Вера — выбор сделан. Активизируйте. Уже записали?

— Интересно.

— Что интересно Ясень? Как дальше все у нее сложится?

— Нет, сколько собьют с цыганки.

— Эх, Ясень, Ясень…

— 04 —

— Что у вас? — подошел к следующему стажеру Борей.

— Довольно таки скучный объект: биологически под тридцать, по уму меньше шестнадцати. В культ попал случайно, не по своей воле, под давлением родственников. Может, отпустим?

— Ну что вы, как можно, а проценты кто будет отрабатывать?

— В каком смысле проценты?

— Самые настоящие, банковские.