Хранитель

Обернувшись, я увидел приближающуюся хрупкую бледную девочку с белокурыми волосами, завязанными в два хвостика, смешно торчащими в разные стороны. Моя сестра не могла похвастаться хорошим здоровьем, и даже я, со всеми знаниями акупунктуры и ключевых точек жизни и смерти не мог ей ничем помочь. Чувствительность к амине — напасть свойственная лишь жителям окраинных районов.

— Братик, мама звонила, сказала, сегодня опять задержится. — Лера подошла ближе и, осмотрев плоды моих трудов, показала рукой с висящим на ней массивным отслеживающим браслетом на небольшую трещину в фасаде.

— Ты здесь недоделал.

— Много ты понимаешь, — не удержавшись, улыбнулся я и положил руку на белокурую голову. — Лучше уроками займись, а мне надо потренироваться.

— Ай, не трогай меня, ты весь в замазке, — возмутилась в смущении сестра, отскочив в сторону и показав язык, убежала домой, не забыв при этом кинуть пару комментариев по поводу грязнуль-братьев.

После душа я вернулся в свою комнату и, переодевшись в тренировочную форму, подхватил простенький с виду деревянный меч, находящий в синем чехле.

Подобные тренировочные орудия продавали во множестве лавок города и предназначались они, прежде всего, для практики магического боя. Но, как оказалось, замечательно подходили и для боевых искусств.

Закинув меч, называемый ещё боккеном, за спину и крепко схватив его за удобные завязки, я отправился в своё «тайное» место практики.

Сегодняшний успех со сбором природной энергии вдохновлял. Уже несколько лет я безостановочно практиковался в использовании десяти движений цветения школы Меча и смог с большим трудом овладеть лишь тремя из них.

И теперь впервые за целый год у меня появилось хорошее предчувствие. На этот раз, уверен, у меня получится воспроизвести четвёртое движение, последнее из тех, что мне в теории были доступны на этапе создания основания. Я чувствовал, что до следующей ступени уже было рукой подать, но всё ещё не решался ступить на него. Успех в боевых искусствах был за терпеливыми.

С хорошим настроением я направился к парку. Солнце медленно опускалось за горизонт. Местные обычно старались после заката на улицу не выходить, опасаясь появления тварей из-за барьера, хотя всем было хорошо известно, что существам пустошей и порабощённым без разницы, когда нападать.

Пожалуй, для меня это было самым странным: нерациональный страх к темноте у местных. В моём родном мире боевых искусств темнота не считалась чем-то опасным.