Мы – Tanzwut. Эра Тьмы

Страх, недопонимание, гордыня, ложь, обида и недоверие взрастят его. А вскоре острые шипы разорвут единство изнутри. Нам остается лишь ждать того момента, когда ненависть друг к другу настолько ослепит их, что они перестанут видеть своего настоящего врага.

Эмбер широко улыбалась, позабыв о своем благоговейном страхе перед Всадником. Она не переставала восхищаться цепким умом своего хозяина. Ей очень льстило, что именно ее он посвящал в свои планы. Темный доверял ей, а она, в свою очередь, была безоговорочно ему предана.

***

Весь день Тойфель не мог найти себе места от тревоги. Брудер Шлаф вернулся на удивление быстро, но, к разочарованию вожака, один. Хоть ледяной и заверил, что решил проблему, но Тойфель все равно переживал о том, что мог потерять одного из товарищей. Рене очень вспыльчивый, но несет ответственность за свои слова и поступки, поэтому мог запросто уйти.

Алекс продолжал вести себя так, словно ничего не произошло. Он будто бы даже не заметил того, что Шлаф куда-то уходил. А Рене для него и вовсе перестал существовать. Пиро явно чувствовал себя не в своей тарелке. У него было достаточно времени для того, чтобы обдумать все произошедшее – сейчас ему казалось, что он наговорил лишнего, о чем теперь жалел.

В это время Шумон был непривычно тих. Он сидел на краю дивана, положив руку на подлокотник, опустив на нее голову. Он смотрел в одну точку немигающим взглядом, задумавшись о чем-то своем.

Штефан, в то же время, полностью погрузился в свои мысли. Руки он занимал тем, что аккуратно подрезал стебельки мяты, стоящей в горшке на подоконнике. Растение прекрасно себя чувствовало, поэтому хорошо разрослось. Но Штефан занимался делом лишь для того, чтобы никто к нему не подходил. Когда Тойфель пытался отвлечься от своих тревожных мыслей разговором с ним, Штефан как-то неуверенно ответил, что занят.

Время подходило к вечеру. Тойфель сидел, как на иголках, вздрагивая от каждого шороха в коридоре. Но когда стало казаться, что надеяться было не на что, рогатый услышал робкий стук в дверь, даже подскочил от неожиданности. Однако это был лишь один удар, который тут же оборвался, как будто тот, кто стоял за дверью, внезапно расхотел попасть внутрь.