Ведьмочка в пролете

— Малыш, кис-кис, — позвала я. — Не выходит почему-то.

Кот сидел под кроватью и вредничал, что было немного странно. Обычно он с интересом приветствовал гостей.

— Дай я, — Турнаев раскрыл сумку с сетчатым боком и поставил ее на пол. Затем присел на одно колено, прокашлялся и обратился к кровати: — Кхе-кхе. Кис-кис. Послушай, дебо… котик. Я пришел за тобой. Со мной тебе будет лучше. Обещаю, что буду… — парень с досадой покосился на меня. — Эй, ты не могла бы выйти? Ты мешаешь… налаживанию контакта.

— Не могла бы! — отрезала я.

А мысленно решила: «Да, я не хочу с ним расставаться! Но котенку нужны хорошая еда, игрушки и настоящий дом, а я сама почти бездомная».

— Я обеспечу тебе комфортную жизнь, — продолжил Трунаев. — Ты ни в чем не будешь нуждаться.

— Прям как девушку уговариваешь, — хихикнула я. — Я подарю тебе звезду с неба, как сыр в масле станешь кататься и бла-бла-бла. А потом – суп с котом. Я ни на что не намекаю, если что, просто метафора.

Влад явственно скрипнул зубами и снова обратился к котенку:

— И тебе будет у меня хорошо, ведь мы на одной стороне.

Моему умилению не было предела. И я полностью уверовала в то, что Влад действительно любит кошек – даже немного смирилась с потерей Малыша.

Малыш тоже, видимо, решил снизойти: не спеша вышел из-под кровати, обошел Влада и переноску на полу, понюхал сумку и… одним прыжком взлетел на полку. Там он лег и вальяжно свесил вниз передние лапки с видом: ну-ну, продолжай.

— Но почему? — Турнаев покачал головой. — Почему ты хочешь остаться здесь?

— Не желает он к тебе, Турнаев, — вздохнула я. — Я, конечно, дико извиняюсь, и это вообще не в моих правилах, но ты можешь просто взять его на руки и посадить в сумку. Права кота, конечно, будут в некоторой мере нарушены, и когтями можешь схлопотать, однако…

— Ты ничего не понимаешь, — сказал Влад, не сводя глаз с котенка. — Это… это такая порода, очень гордая и злопамятная. Он будет помнить мой поступок и через много лет.

— А-а-а, — с уважением протянула я.

— Подумай, — умоляюще протянул Турнаев, обращаясь к Малышу. — Ну что тебе здесь светит? А там – свобода, нормальная еда… охота.

— У вас дома мыши водятся? — не замедлила полюбопытствовать я, несколько уязвленно.

Что Малышу здесь светит? Всего лишь любовь и уважение. Малыш тем временем откровенно зевнул, показав розовую пасть. Наш человек!

— Не убедил ты его, — сладким тоном проговорила я.