Отражения свободы

Одни оказались условными вампирами, другие – магами, третьи – колдунами, четвертые – оборотнями, пятые – самыми обычными людьми. Последние активнее всего переговаривались, и наконец один из них, худощавый подросток лет шестнадцати, чьего имени Саша так и не запомнила, поднялся со стула. Он, не отрывая глаз от бумаги перед собой, начал читать:

– Я, Гаврила Михайлов, выражаю признательность господам волшебникам за спасение моей семьи и друзей. И готов за это помогать им во всем, отдавая свою жизнь и свою честь.

– Прекрасно.

Зачтено, – делает пометку на своем листе Михаил Ефимович.

– Я, Максим Миранчук, – встает следующий «человек», явно воодушевленный успехом предшественника, – уволенный с работы после того, как начальство отдало предпочтение пострадавшему в огне гражданину Михайлову, выражаю презрение к магам, из-за вмешательства которых я теперь не могу прокормить жену и дочь, и готов помогать кому угодно против них, отдавая свою жизнь и свою честь.

– Зачтено.

– Я, Иван Картаев, выражаю признательность господам волшебникам…

Саша усмехнулась про себя, анализируя происходящее.

«Людей» было больше всего – восемь человек. И половина из них магов благоволили, а вторая половина – ненавидели, косвенным образом пострадав от спасения людей в пожаре. По-разному: получив на руки инвалида без шансов на выздоровление, потеряв возлюбленного, ушедшего к «пострадавшему», но не погибшему, утратив работу, которую отдали кому-то из спасенных, или что-то еще в этом духе. Их задание было самым простым: прочитать написанное и тем самым выразить желание присоединиться к одной из групп Затронутых.

– Я, вампир Леонид, провожу Становление нового вампира из числа жителей, – говорит сидящий среди «вампиров» дородный детина из друзей Азамата, сверяясь с листом.

– Ничего ты не проводишь, – из «магов» отвечает ему блондинка Екатерина. – Клыки убрал.

– Почему это? – кто-то из «вампиров» поддерживает сородича, – вам можно значит магией людей спасать, а нам почему нет? Одни вон плюсы – долго жить будет и все такое.

– Нафиг иди, кровосос – мы о людях заботимся.

– И мы тоже. По-своему.

– Ничего ты не получишь, – отрезает Катя.

– А мы его поддержим, – это уже кто-то из «колдунов», вроде, Николай зовут брюнета, – что это – вам можно магию творить среди людей, а нам – нет? Вы спасли их потому что так решили, мы будем ритуал проводить, потому что так решим. И вас спрашивать не будем, вы ведь нас не спросили.

– И мы, – оживляются «оборотни», – и мы с вами. Оборзели волшебники.