Отражения свободы

Как образно говоря ехать на машине не заправляя ее бензином – рано или поздно топливо закончится, а заправка и неблизко может быть. Аналогия грубая, мы сами топливо и производим, но, думаю, понятная. Истощение коварно и правда может убить. Очень резкий отток сил делает невозможным сердцебиение и дыхание, и хотя их можно поддержать искусственно, это не продлится бесконечно долго. Если энергетический баланс не выровняется хотя бы на минимальной положительной отметке, то Затронутый умрет. Как остановится навсегда машина, неспособная подавать топливо мотору.

Только если авто можно починить и завести, то с людьми так не получается. Декомпенсация, или энергетический коллапс, как принято среди целителей, убивает вернее, чем потеря крови. Хотя бы потому, что его не видно невооруженным глазом, а если промедлить с передачей сил, то неминуема кома и смерть.

Саша почему-то вспоминает руку Серафима на своей груди в том лесу около камня. После того, что она видела. Вспоминает странное тепло и силу, исходившую от мага и ощутимую даже в ее тогдашнем сумрачном состоянии сознания.

– Ты выложилась около менгира, Саша. В ноль – и за него. Как я говорил раньше – восстановитель не устраняет проблему. Он дает силу, но силу чужую, собственную все еще тяжело получить по совсем недавно перегруженным каналам. А ты потратила много после его применения. Шла по Отражению, лишала Боготова силы, сопротивлялась ментальной атаке предателя, боролась с проклятием, им брошенным.

Ты последнего не помнишь, но это было.

– Я оказалась в своем… Подсознании, наверно, – говорить получается почти внятно, но почему-то даже озвучивать то, что она хочет сказать, нелегко. – Видела там… Семью за столом.

Серафим, кажется, чуть сильнее прижимает ладонь к ее шее. Но молчит, и Саша продолжает:

– Там была река, и ее надо было перейти… Но я не смогла. Я… Мне казалось, что этого шага будет уже не вернуть, что я останусь с ними навсегда, а я… Мне… В общем, я пыталась вернуться, хотя в какой-то момент думала, что могу не выбраться, – сейчас ей почему-то хочется это рассказать.

Сидя в маленьком кабинете, пытаясь разобраться в происходящем и побороть нервную дрожь. И при том чувствуя теплую ладонь на шее, подтверждающую чужое успокаивающее присутствие.

– Такой риск существовал, не скрою. Саша, ты вычерпала себя до дна. Полностью. Тебя потом почти двое суток сил только на сон хватало, и то не без внешней подпитки.