Отражения свободы

Возможно потому, что сам не был оставлен и чувствовал, что могу рассчитывать на совет того, кто знает больше и больше понимает. И я, несмотря на некрасивый поступок, сделанный ради предотвращения большого зла, никогда не переставал считать тебя своим учеником.

Саша вздрагивает и поднимает глаза на Серафима. Кажется, впервые с начала их разговора.

– Я – та еще сволочь. И понимаю, что заставил тебя пережить не самые лучшие мгновения. Но сейчас все позади. Мы разберемся со всем этим, и никакой бомбы никто не взорвет.

Саша вглядывается в глаза древнего мага. Не то ища подтверждения его словам, не то надеясь уличить во лжи. С его жизненным опытом он наверняка знает, что и как говорить, чтобы достичь того, что хочет.

Саша наивна, но хочет ему верить. Правда хочет. У нее масса вопросов, нет никаких ответов, и чувствует Саша себя так, словно ее в финале марафона сбил грузовик. Но то, что говорит бывший – бывший ли? – наставник так…Притягательно.

Она против воли чуть улыбается, понимая, что сомнения никуда не делись.

– Я не прошу тебя безоговорочно мне верить, – Серафим тоже улыбается. Не грустно, скорее понимающе. – Но давай ты, пока все не закончится, не будешь неоправданно рисковать, хорошо? Я хочу, чтобы мы могли объединиться и расстроить планы этих фанатиков. И для этого пока тебе нужно остаться здесь. Договорились?

Саша медленно, осторожно кивает. Звучит вроде логично. Ее слова помогут наказать виновных.

– Да. Хорошо.

– Отлично, – Серафим улыбается чуть мягче, – тогда для начала нужно поесть. Со всеми этими разговорами и важностью бывшей здесь гостьи я сам проголодался, а есть в одиночестве просто моветон. Ты ведь не против суши? Составишь мне компанию?

Саша с некоторым сомнением кивает. Составить компанию – это можно.

– Вот и прекрасно, – раздается звонок в дверь, которого мужчина явно ждал. – Потому что курьер уже подъехал. Держи пока, – Серафим передает ей еще одну кружку с только что разогретым отваром и идет открывать дверь.

Саша обхватывает пальцами керамику. Ей кажется, что тепло от предыдущей порции настоя, наконец, добирается до разума и окутывает его приятной, расслабляющей пеленой. Хотя, возможно, дело в чем-то другом.