Отражения свободы

Уходи, сейчас же!

– Моих сил теперь не хватит чтобы уйти, – Саша, несмотря на бешено бьющееся сердце, старается говорить спокойно. На удивление после всего не утратив соображения от страха и усталости.

По разуму лихорадочно метаются образы, из которых нужно... Выбрать? Придумать? Собрать? Неважно. Ей нужен план. Хоть какой-нибудь. Сколько она сможет сбежать по лесу? И – куда? Сейчас у Саши не было и тени представления о том, где она находится и где вообще хоть одно поселение обычных людей за пределами этой Свободы.

– Ты можешь сбежать отсюда. Можешь остановить это, – взгляд оборотня полон лихорадочного безумия. Вокруг его головы Саши видит темную, закручивающуюся, набухшую черноту. Клятва карает своего нарушителя. – Забери мою силу. Ты – маг, я – оборотень, но мы оба Затронутые. Этого хватит чтобы пройти по Глубине. Тебе – хватит. Орденцы выслушает тебя, что бы ты ни натворила до этого. Точно выслушают. Расскажи им. Пожалуйста. Это шанс. Ты – шанс остановить все это.

Саша выдохнула. Она знала, о чем говорил Анатолий. Каждый Затронутый знал. Силу можно было передать напрямую. Ничего сложного. Вот только если отдавать слишком много, то себе не останется ничего. И это – смерть. Мгновенная смерть от силового истощения. Но выбирая подчистую другого Затронутого, даже Обращенного с его не-жизнью, можно было обрести невероятные, исключительные силы, пусть и на время.

Оттого колдуны и маги подчас превращались в безумцев, выпивая всех на своем пути.

– Я не смогу. Это невозможно.

– Возможно. Саша, забери все.

– Это убьет вас!

– Я уже мертв. Я – Обращенный. Я мертв, – оборотень качает головой и продолжает говорить с какой-то лихорадочной злостью. – Я знаю, что принуждаю тебя стать убийцей. Но это добровольно! Закон карает только за насилие! Прошу – сделай это. Я не хочу, чтобы моя дочь жила в мире, что будет. В мире, где вообще есть те, кто способен замыслить такое. Пожалуйста! Это ее шанс, меня уже не спасти.

Саша только и могла, что ошарашенно разглядывать оборотня и слушать его сбивчивую речь, не в силах пошевелиться. Амулет на шее по-прежнему пульсирует, словно живой. Анатолий захлебывается словами, выплевывает их, спеша. Желая объясниться? Исповедоваться?

– Услышь меня. Ты думаешь, что я сошел с ума.