Стихия Смерти: Древняя Война

Эйнар, слушая ее, тоже поднял глаза вверх:

– Мы тоже спрятаны от глаз человека, Лорен, и мы не живем как все обычные люди. Наше поселение – это единственное, что осталось от настоящих викингов и древних магов смерти. Остались еще те, кто верит в истинную магию – мы стараемся не растерять эти знания, чтобы в будущем наши поколения продолжали все это.

– Но как же вы используете ресурсы природы, если магия смерти – это магия, связанная со смертью?

Эйнар снисходительно посмотрел на девушку и поднял голову к небу, вглядываясь куда-то вверх:

– Смерть – это тоже природа.

Велимонт решительно шагнул вперед и спросил:

– Так, кто же еще, кроме тебя,сможет дать нам ответы?

– Русалки... – не задумываясь, ответил жрец. – Здесь их считают чуть ли не богинями, боятся и уважают. К ним ты можешь обратиться с любым вопросом, но они могут взять за это жестокую плату...

– И какую же? – заинтересовался Велимонт со странной искрой в глазах.

– Этого я тебе сказать не могу. И никто не знает, пока не спросит у них напрямую...

Эйнар кивком попрощался с Велимонтом и Лорен и оставил их наедине. Велимонт вдруг воодушевился и выпрямился, будто задумал что-то. Лорен сразу поняла, чего он хочет, и немного напряглась.

– Ты пойдешь один? – в голосе Лорен звучало беспокойство, но она сидела, как ни в чем не бывало, на земле и перебирала сухие, сложенные вокруг нее листья.

– Помнишь, что было в прошлый раз, когда я взял тебя с собой? Я слишком за тебя волнуюсь. Посиди пока с Э́рикой, Си́ри и остальными девушками – вы найдете, о чем поболтать.

– О, повинуюсь, мой наставник! – искажая голос, ответила Лорен.

– Я серьезно, Лорен. Без шуток, – Велимонт с укором посмотрел на девушку, и та тут же успокоилась, пожав плечами.

– Будь осторожен, – она улыбнулась ему и снова уткнулась в сухие листья.

Велимонт последний раз оглянулся на девушку и поспешил в долину, к побережью, к морю и русалкам.

– Беги, Вель, беги... – Лорен тяжело вздохнула и встала с листьев,– А я пока прогуляюсь.

***

«Пускай пуста моя душа, я буду вечность ждать тебя»

Василиса, грустно вздыхая, осмотрела свою полку с книгами, к краю которой приклеила очередную записку-напоминание самой себе. Она любила придумывать рифмы в своей голове, и вообще всегда была натурой очень романтичной и нежной.