Слуга отречения

Он шагнул в пованивающую хлоркой уборную, подошёл к треснувшему окну, на стекле которого виднелось нарисованное зелёным маркером полустёртое изображение толстого пениса с двумя волосатыми яйцами и подписью «физрук казёл», и пошарил за батареей, ловко вытаскивая припрятанную внизу около самой стены мятую сигаретную пачку.

Воровато оглянувшись, мальчик щёлкнул вытянутой из кармана форменного малинового пиджака зажигалкой и торопливо закурил, стряхивая пепел в пожелтевшую раковину, в которую из неплотно завёрнутого крана с мерным стуком капала вода.

Потом посмотрел на своё отражение в мутном зеркале и поморщился, проводя ладонью по тёмному ёжику коротко стриженых волос на лопоухой голове. Чёртов дресскод, введённый год назад, жутко действовал ему на нервы. Под бесформенными рукавами пиджака было совершенно не видно отлично натренированных за последние месяцы бицепсов, хоть вовсе не ходи в качалку. Да ещё и жарко, как в бане...

— А ты вроде бы крутой, да, Сергей? — вдруг раздался глуховатый гортанный голос из темноты за самой дальней туалетной кабинкой, в белой перегородке которой виднелась пробитая кем-то с кулака тёмная дыра.

Парень дёрнулся. Он готов был поклясться, что секунду назад уборная была совершенно пуста. Сергей медленно поднял голову и открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо слов из его горла внезапно вырвалось глухое невнятное кваканье.

Прямо ему в глаза через зеркало глядела какая-то... жуткая, покрытая мелкой серебристо-серой чешуёй тварь с вертикальными зрачками.

Дверь за спиной с грохотом захлопнулась, словно от порыва внезапного ветра, и мальчишка отчётливо услышал, как в ней звонко щёлкает замок.

— А-э-э... — оцепенело промычал он, не решаясь повернуть голову. Выпавшая изо рта сигарета свалилась в раковину и с шипением потухла. — Т-т-ты... кто?

— Думаю, ты можешь называть меня Аспидом, — обладатель голоса сделал шаг в сторону, внезапно оказываясь прямо у него за спиной. — А можешь просто считать, что я твоя совесть...

Парнишка поспешно зажмурился, с силой потряс головой и только после этого медленно обернулся, снова осторожно приоткрывая глаза.

Тварь никуда не делась.

Больше всего она была похожа на стоящую на задних лапах игуану или, может быть, на ящера с вытянутой мордой и заострёнными ушами; на груди у твари виднелся едва заметный тонкий узор из тёмных поперечных полосок.

— Я же видел, как перед тобой все лебезят в этой твоей школе, — вкрадчиво произнесло существо, делая ещё один шаг вперёд.