г. Хаос

Пятно, в которое он чуть не вступил, растеклось из-под бесформенной, мало напоминавшей человеческое тело кучи, из которой во все стороны торчали обрывки камуфляжа и… Белого замутило, он прижал тыльную сторону ладони к лицу и хотел было подняться, гадая, какие же изверги могли так (и чем?) разделаться с его соратником, когда совсем близко послышался шорох… и мужчина даже не успел обернуться до того, как девичья ручка с недетской силой огрела его по затылку чем-то тяжелым, погружая в звенящий мрак.

Глава 3

Белый пришел в себя, но постарался не выказать этого, а вначале понять, где находится.

– Может быть он… – начал нерешительно уже знакомый женский полушепот, и тут крепкий кулак припечатался к скуле, заставив дернуться и открыть глаза.

– Уже и так очнулся, – проговорил детский голос.

Белый заморгал: только что он долю секунды видел перед собой двух крепких мужчин в тельняшках и девушку, а теперь – одного мужчину, девушку и девочку. Последняя слабо морщилась, потирая правый кулак. Судя по всему, она и заехала.

– Вояка, ты бьешь как девчонка, – ухмыльнулся Белый, за что тут же, без единого слова, получил удар слева.

Тряхнул головой, облизнул кровь с губы и поднял взгляд.

– Да понял уже, что не в гостях. Но когда ты машешь руками, Эмили становится посимпатичней.

Девочка косо посмотрела на него.

– Откуда ты знаешь мое имя? – удивленно и даже чуть испуганно, будто это ее тут привязали, спросила ученый.

– Да бирка же, – ответил Белый. – На халате бейдж: доктор Эмили, седьмой отдел, доступ желтый.

Девушка удивленно уставилась на свой халат, где никакой бирки не было.

– Хватит мозги пудрить. – Девичья ручка с побитыми костяшками силком развернула его лицо к себе. – Кто ты и что здесь делал?

– Белый, – коротко ответил мужчина.

– Мы не… – начала девушка, но Настя прервала ее жестом руки.

– Кого?

– Ангела-хранителя.

– Он перебил всю нашу группу! – воскликнула девочка. – Ты один из них?

– Да, но Ангелы не убивают. Они следят за объектами, и усыпляют их, чтобы их могли забрать на Фабрику.

– Выглядели наши товарищи вполне себе мертвыми. Пуля в голову или сердце – такое никто не выдержит.