г. Хаос

Его неоценимым свойством было полнейшее равнодушие ко всем, кто ходит рядом, за кем ему приказано следить. Об этих двоих он знал лишь, что они вызывали некое волнение у начальства, могли быть опасны, а могли просто послужить хорошей проверкой... вот чего именно, Белый уже понятия не имел. Яркий свет и снежные одежды, лёгкость, размытость мыслей в голове и странное ощущение восприятия чужого знания. Они подошли слишком близко к объекту, хорошо, что в Заполярном есть наши люди. Там просто не любят чужаков. Это были лишь обрывочные воспоминания о том, как он побывал "на небе" или в штабе, и мужчина почему-то пытался прогнать их из головы.

Его мало смущало то, что объектом его наблюдения являются двое детей лет тринадцати-четырнадцати, очень странно одетые (будто с чужого, взрослого плеча), и так же нетипично ведущие себя. Мелюзге положено было паниковать и плакать, а вместо этого они совершенно спокойно восприняли свое попадание в абсолютно незнакомое место, довольно пристально, будто впервые, оглядели себя, закатали рукава и джинсы, чтоб не мешали передвигаться.

Белый, уже наблюдавший за десятками людей в Хаосе, быстро сообразил, что детьми они изначально не были. Да и взрослыми оказались не из пугливых.

Девочка позвала мальчика, он откликнулся, они встретились. Кажется, даже в мысленном ответе его можно было разобрать скучающую интонацию. Мне что, докладывать даже о том, когда они начнут чихать?

Всё-таки ощущать себя нянечкой каких-то двух подростков (сейчас они были детьми, так или иначе) мужчине совсем не хотелось.

Их ангелом-хранителем – тоже.

Это не просто дети, это вражеские агенты. Наблюдай за ними внимательно!

Белый выругался. У него не было причин не верить тому, что он слышал, но перед ним были всего лишь малявки в странной одежде, и логика по привычке пыталась взбунтоваться. Не туннельщики, не Дикие – обычные дети.

Непоседливые, как и все в этом возрасте, новоприбывшие принялись исследовать окрестности, но не слишком удачно – довольно быстро они загнали себя в тупик.

Белый скучающе наблюдал за ними, когда краем глаза заметил какое-то движение в начале переулка – там дрогнул канализационный люк, потом он был отодвинут в сторону чьими-то сморщенными от воды белыми пальцами с грязными ногтями. Худые руки нащупали край асфальта, подтянулись, за ними последовали другие...

Буквально по головам друг друга на поверхность стали выбираться туннельщики, числом не меньше двадцати. Сколько их было внизу – не знал никто и никогда.