На углу Пскопской и Йеллопуху

Видимо девушки уже налюбовались природными красками и теперь нашли себе более интересное занятие – они с увлечением слушали Мурилу, которая так и не сняла своего одеяния, хотя стояла летняя жара. Макар осторожно, боясь шуметь, прошел в беседку, но подруги даже бровью не повели на его появление. Он сел на скамью напротив них и прислушался к рассказу Мурилы, позволив себе рассмотреть каждую из девушек.

Мурила сидела в центре, и ее пальцы комкали ткань черного одеяния. Петра опустила голову, завесив глаза волосами, но ее напряженная поза выдавала, как ей больно слышать признания подруги.

На этой девушке Макар не мог не задержать взгляд. Сейчас, когда Надежда пребывала в уверенности, что возлюбленный заберет ее, она светилась необыкновенным внутренним светом. И этот свет был настолько привлекателен, что Макар почувствовал себя мотыльком. Вот почему безмозглые букашки летят на огонь! Он сильнее их, он ослепляет и не дает видеть ничего вокруг.

Длинные ресницы, мягкий овал лица, слега приоткрытые губы.

Макар пожалел, что посмотрел на губы девушки. Не пухлые и не тонкие, но к ним хотелось прикоснуться, чтобы почувствовать их мягкость. А эти слегка рыжеватые волосы, что разлетаются под ветром? А рука, что ловит пряди и заправляет за ухо?

Черт.

Усилием воли Макар перевел взгляд на Мурилу. Ее глаза влажно поблескивали в прорези одеяния, видимо ей приходилось заново переживать то, о чем она рассказывала тихим, но таким прекрасным голосом.

- Мы долго готовилась ко дню, когда на Кимбу опустится туман. Родители купили мне красивое платье и положили в сумочку туфли, которые я смогла бы надеть, как только мои ноги станут нормальными. Как впрочем, и тело… Я почти всю сознательную жизнь проходила в башмаках, больше напоминающих лапти Пскопских, поэтому мне захотелось вернуться домой в туфлях на каблучке и длинном воздушном платье, через тонкую ткань которого просвечивала бы моя совершенная фигура.

При упоминании родителей Мурила всхлипнула, но быстро взяла себя в руки.

- Каждый из рожденных уродливым, а нас в Кимбу называют эна, - уточнила Мурила, - мечтает, чтобы туман оценил его правильно.