Ожерелье гномов

Оставим на время взгляд на Город с высоты птичьего полета и спустимся ниже. Прямо в Цитадель, где отдыхает недавно вернувшийся из похода в гоблинские земли молодой офицер по имени Кин. Вернее, Кин – так зовут его друзья. Полное имя на эльфийский манер звучит как Кинвелин. Но произносить его полностью не так-то и быстро. Вот и получилось - Кин. Впрочем, сам Кин был не в обиде.

Итак, этим утром Кин отдыхает в своем покое. Но из-под легкого покрывала, которым накрыта постель стражника, торчат две пары ступней. Причем одна пара, несомненно, женская.

- Проснись, Кин! – раздался чей-то голос. – Тебя требует к себе начальник стражи!

- Чего?! – ответил Кин сонным голосом, и над кроватью поднялась его взъерошенная голова.

Вслед за ней показалась и белокурая головка обладательницы изящных ступней.

- Начальник стражи требует тебя к себе! – повторил голос за дверью. – Просыпайся! Это срочно!

- Это ты, Аварик? – недовольно пробурчал Кин.

- Я не знаю, зачем ты ему нужен, - ответил тот, кого Кин назвал Авариком. – Он мне не докладывает. Но сказал, чтобы ты срочно собирался и был доставлен к нему. Так что вставай.

- Ладно, ладно, - продолжал ворчать Кин. – Иду.

Делать было нечего. Приказы начальства не обсуждались. Обладательница белокурой головы и ступней обиженно засопела.

- Спи, спи, - поцеловал Кин девушку. – Спи, Элин.

В следующее мгновение из-под покрывала показалась коротко стриженная голова, а затем и ее хозяин — высокий, хорошо сложенный молодой человек, едва разменявший третий десяток. Он аккуратно укрыл свою подругу, а сам окончательно поднялся с постели и начал одеваться. Спустя минуту Кин уже шел по коридорам Цитадели вместе с Авариком в сторону комнаты для дознания, где этим утром уже находился начальник стражи. Стоит отметить, что стража Миндона выполняет не только военные, но и полицейские функции.

Путь в комнату для дознания лежал мимо пыточного каземата. Стоит ли говорить, что это вряд ли было случайностью? Скорее всего, так и было задумано, чтобы тот, кого ведут сюда, будь то подозреваемый или свидетель, лишний раз задумался о последствиях своих дел и слов. Но Кин не одобрял такие методы.