Сияние №1. Пришествие начала (Заброшено/Отложено)

— (Англ) Ой! А тот похоже скоро умрёт! Нужно быстро прервать его страдания! — подпрыгиваю и мчусь к парню в отключке.

Чтобы приблизиться к нему, мне хватило трёх шагов, а затем я ухватываюсь за рукоятку Акробата, и дёргаю её на себя.

— (Англ) Вот жешь! Как я не подумал! Ему же от этого только больнее! — громко говорю я, и резко опускаю серп на шею сволочи.

+ 9 очков опыта [26/120]

Внимание! Вы убили союзного Пользователя, продолжительность действия метки убийцы увеличена.

Серп застрял в позвоночнике, но я его вырываю за два рывка, открывая путь для небольшого фонтанчика крови, который возник на долю секунды.

Поворачиваюсь к оставшемуся ублюдку.

— (Англ) Вот и всё! И никакой боли! — весело говорю ему, продолжая делать глубокий и низкий голос.

Подхожу к находящемуся в ужасе ***дону, и спрашиваю его.

— (Англ) Слушай... — я подошёл к сидящему и держащегося за колено ублюдку. — (Англ) Можешь проводить меня до своего главного, а то с тобой как-то невесело... — я провёл своей ладонью по его щеке и потратил ещё две единицы ментала на Давление.

— (Англ) Я не могу встать! — истерично сказал смертник.

— (Англ) Какая печаль, но я же вижу что у тебя две ноги. Но если хочешь, — я стряхнул кровь с серпа и подобрал с пола оставшийся. — (Англ) Я могу сделать так, чтобы ты по настоящему не мог встать. Ни-ко-гда.

После моих слов смертник кое-как встал. А я отключил Давление - мне ещё потребуется ментал, который уже просел до половины - при плохом настроении он особо не восстанавливается.

Ублюдок пошёл в сторону одной из двери на первом этаже, а я направился за ним, осматривая помещение.

Главный зал был довольно просторным и по обстановке напоминал старинный особняк с двумя широкими лестницами в центре. Правда ещё не стоит забывать что с момента "смерти" города прошло фиг знает сколько лет, а потому тут местами дырявый пол, много пожухлых тряпок и на стенах, и на полу. Костёр мрази развели почти в самом центре зала, или холла, не знаю как называется в особняках это помещение.

Мы пошли направо, к большой, как и все в этом мире, двери. За ней находился зал гораздо меньше прошлого, но всё ещё внушающий своими размерами трепет. В центре зала находился длинный большой стол, который был разломлен пополам, а на месте поломки лежало тело в полностью проржавевших железных латах. Вполне возможно что на броне были красивые гравировки, но сейчас, под большим слоем ржавчины и общей эрозией их не разглядеть.