Вином или Кровью?

Представьте эти векторы в виде прямоугольного треугольника. Тогда у Вас будут известны два катета, а гипотенузу Вы сможете найти с помощью…

— Измерить линейкой?

— Ээ, теоремы Пифагора.

Но мягкий голос Эллы значительно уменьшил уровень опасности. Теперь Вальтеру было понятно, как ей удается так легко находить с Линкой общий язык. Кто же как не мать лучше всех понимает своего ребенка?

— Аа… Ясно. Гораций, заходи уже и говори че тебе там надо. А то на нервы действуешь.

Вальтер несмело зашел через приоткрытую дверь.

— Э… Я принес от-чет о рас-хо-дах за месяц, — внимательно прочитал он заголовок с папки, которую держал в руках.

— Да, спасибо. — взяла папку Элла, не поднимая на него глаз.

— Это все? Тогда шуруй отсюда, — Линка захлопнула учебник и отодвинула тетрадь подальше от любопытных глаз Вальтера. — А, кстати, передай всем, что десятого ноября выходной.

— Почему?

Девочка пожала плечами.

— Просто.

Но вампира такой ответ не устроил. С чего бы суровой начальнице, не знающей слов «перерыв» и «отдых», ни с того ни с сего устраивать выходной посреди недели?

— Не поверю, что просто.

Линка ударила кулаком по столу.

— Я сказала задавать вопросы?

Больше не говоря ни слова, вампир развернулся и потрусил прочь. Даже сильнейшее любопытство не способно вставать поперек ее слов.

— Слава Господу, — первой на новость о выходном отреагировала Лера. На радостях она даже отложила свою книгу.

— О, клево, — добавил Артем, собирая грязные тарелки и едва не уронив одну.

Сам же Вальтер их радости разделить не мог: каждый день на работе был для него более, чем праздником. А каждая ночь и каждый выходной удушали. Удивительно — стоило провести с этими людьми всего пару месяцев, как одиночество стало горчить вновь и впервые за сотню лет.

Элла присоединилась к ним прямиком из кабинета Линки:

— Десятое ноября — ее день рождения.

От неожиданности все замерли.

— Оу, тогда понятно, — сказал Артем. — Сколько ей будет? Четырнадцать?

— Шестнадцать, — исправила его Элла.

— И что это значит? Зачем вообще запоминать день своего рождения? — не удержался от вопроса вампир. Он смог свыкнуться с тем, что в шестнадцать лет люди не были беспомощными младенцами, но вот «день рождение» — звучало, в лучшем случае, дико. Он не помнил сколько ему лет (двести.