Дом, милый дом... (и Баба Яга при нем) - 2

Где играючи скакал по вершинам холмов – преодолевались непролазные овраги.

Лишь однажды попросил передышки, ушел в лес и вернулся с окровавленной мордой. Валя и Иван не стали спрашивать, каким именно зверем перекусил Лосев в чаще. Миссия требовала жертв.

И с озером все сложилось хорошо: бурлящая под лапами оборотня волна пронесла их от берега до самого Буяна. Не доплыв до легендарного острова, Виктор вылез на отмель. Затянутый черной тучей, со вспышками молний и червоточинами смерчей, Буян являл собой негостеприимное место.

— Не хочется мне туда, — честно призналась Валя, поежившись.

— Жди здесь, — предложил Леонтьев.

— Нет уж! — возмутилась Валентина. — Тут еще страшнее! Я в воде спину видела, метров сто в ширину! О длине вообще молчу.

— Здесь много чего водится, — не очень внятно подтвердил оборотень.

Разговаривать с полной зубищ пастью было неудобно, а оборачиваться каждый раз, чтобы что-нибудь сказать, еще неудобнее. В конце концов, Лосев рыкнул, и друзья взгромоздились ему на спину.

В несколько рывков волколак достиг берега. К удивлению магов, остров оказался весьма людным местом. Три озерницы поприветствовали гостей так, словно давно их ждали. Еще дюжина шумных озерных девиц расселось вокруг костра. Девушки подкреплялись ухой, галдели и делали ставки.

— Голоса поделились. Одна половина ставит на тебя, другая – на островные чары, — сообщил вернувшийся от костра Виктор.

Леонтьев обалдело выслушал историю о мече, гуляющей по просторам озера самоходной Избе, трех сестрах-чаровницах, одна из которых – перевертыш, а другая – о ужас! – вообще светлая, говорящем коте, не менее болтливом зеркале и мальчике со звезды.

— Ты ж у нас Иван-царевич. А там меч, в алатырь-камне. Иди добывай. Мне предложили сделать ставку против тебя. Я воздержался, — закончил Лосев.

О том, что озерницы весьма восторженно отнеслись к обращению серого волка в обнаженного мужчину, Виктор умолчал, но Валя с Иваном и так все видели.

— Это что ж они тут учудили? — протянул Леонтьев, вглядываясь в подкрашенные алым грозовые тучи в центре острова.

— Катя и компания? Путь тебе упростили. Я же говорил: Катерина – та самая, невеста твоя. Через нее твоя энергия течет, ты планируешь, она соломки подкладывает.

Ивану очень не хотелось, чтобы хрупкая Катя подкладывала ему соломки вот в таких, опасных и непредсказуемых местах. Но дело было начато, и продолжить его стало острой необходимостью. И долгом.