Дом, милый дом... (и Баба Яга при нем) - 2

— Так надо, — твердо велел Иван. — Вспомни о жабах. Не спорь. Серый тебя проводит, до самого порога. В случае чего он сумеет тебя защитить. Тебя и всех в Избе. А я пойду разбираться.

Лосев вырос за плечом Кати, словно все время был где-то неподалеку. Катерина двинулась с ним к выходу.

В толпе мелькнул знакомый силуэт, и она тряхнула головой. Уж очень тот официант был похож на… Нет, вздор, мало ли в мире высоких брюнетов с аккуратной бородкой.

… А в посёлке Морок-гора стояли тишь да благодать.

Снег-то конечно присутствовал – лежал свежими сугробами, искрился в лунном свете. В этом же серебристом сиянии лицо оборотня показалось одухотворенным. Катя очень надеялась, что это не она вдохновляла волколака в качестве потенциальной добычи.

А что? С Лосевым Катерина была знакома всего несколько месяцев, мало ли чего она о нем не знала.

— Я не охочусь на людей, — сказал Виктор, любуясь отражением луны в реке. — Если ты об этом хотела спросить.

Катя подавила смущение и решилась задать давно свербевший на кончике языка вопрос:

— Не совсем, я просто...

— Я охочусь только на зверей и нечисть, — заверил ее оборотень. — Хватает, чтобы поддерживать форму, опять же полезно для Лукоморского отделения в качестве волонтерской деятельности. Луну люблю. Однако во время полнолуния принимаю специальные, получившие разрешение препараты с Пи-6, там у них население в целом с двумя-тремя ипостасями.

— А? Да, это хорошо.... замечательно просто.

Тон вопроса, разумеется, не выражал всей степени крайне негативного

отношения Катерины к намерениям Виктора в отношении Машки.

Лосев – взрослый мужчина, а Машка – подросток. Конечно, Катерина признавала, что во внимании Лосева не ощущалось ничего неприличного, однако с этими магическими расами чего угодно можно было ожидать. И пусть Виктор только заикнется насчет стародавних времен, в кои Мария уже считалась бы невестой.

Лосев покаянно вздохнул, чем в глазах Кати лишь усугубил свою вину.

— Я читала насчет истинных пар и прочего, — стараясь не раздражаться, проговорила Катерина. — Какое-то... средневековье.

— Есть немного, — признал Лосев. — Но это не от нравов, а от природы оборотней. Все так у нас скроено генетически. Времена, конечно, изменились. Раньше речь шла о верности, что означало выживание в условиях постоянной опасности, сейчас – о сохранении расы.