Связи, Цепи и Оковы (рабочее название проекта)

С того времени, как Геракл попался в ловушку и был вынужден проявить свои божественные Волю и Право, прошло менее 0,1 секунды.

Сейчас, когда время словно восстановило свой естественный ход, а Гильгамеш замер, глядя на скованного, пробитого в шести местах, истекающего силой, Геракла, исход схватки был ясен.

Берсеркер сохранял подобие жизни из-за комбинации фирменного классового безумия и продолжающейся поддержки от своего Мастера. Но это была жизнь, словно в глубокой коме, на многодневном ИВЛ.

- Пёс, это была славная битва – произнёс Гильгамеш.

Странно, без своей обычной насмешливой гордыни.

Одинокое оружие, вылетевшее из портала, пробило корпус Геракла от шеи до зада, войдя в пол на семь сантиметров. Удар милосердия.

Берсеркер пал, растаяв радужной дымкой и тающей пылью. Остались только вбитые в пол орудия войны и исчезающие в портале Оковы.

Слегка другие шевельнулись. Словно чуть сдвинулись на повороте плиты коридора, открывая небольшую щель. Открытую возможность, порт подключения, словом – Связь.

Словно из-за плит предопределённости, слагающих Историю, повеяло странным сквознячком, могущим означать разное. Но главное – возможности того, что здесь может зваться сюжетом.

Спаситель, приходящий в час отчаяния из пустоты и уносящий прочь. Мифологический образ, которому есть место в этой Истории.

Связь легла сказочно просто, перенося меня, боеготового, вооружённого, прямо перед малышкой Илией. К ней спиной, конечно. Но это – допустимый риск.

- Ну, здравствуй, Фингал – сказал я.

И крошечный стих, короткий отрывок аккуратно лёг ещё одной перемычкой в переплетающихся Историях, двух дополнений и теней от своих Легенд.

Владыка пустыни, Герой героев.

Когда придёт Время и Место Истории нашей схватки, будут молнии и гром.

Нет, не из-за кинематографических клише.

Губы Гильгамеша дрогнули, лицо исказилось. Смесь насмешки, презрения, гордыни и удивления, тем более забавная, когда он тоже ощутил – а я увидел – как его ограничивают новые факторы, Оковы пишушейся нами – и не только – Истории. Ещё забавнее, что у Илии тут и вовсе нет права голоса. Спасаемая принцесса в такой Истории – просто предмет. Конь рыцаря и то имеет больше воли и строчек описаний. Если бы он был в этих веках, конечно.