Святоша. Империя храмов

Из замороченного языка кодекса понятно было лишь то, что названия эти возникли логично. Но стоят за ними не самые очевидные вещи.

Например, инквизиторам было нельзя использовать свои способности, не будучи «призванным». То есть не на задании, как я понял. В общем, просто так в голову лезть нельзя. Радовало, но не гарантировало, что превышения полномочий не будет.

Кроме первых двух страниц, где писалось о том, что все мы братья и должны любить ближнего, в остальном шли запреты. Сначала общие, для всех обителей.

Затем для адептов, потом для служителей, а уже в конце для подразделений.

Шляться ночами за пределами здания было запрещено. Внутри - можно, авторы подумали о тех, кто ночами любит заседать в отдельных помещениях, раздумывая о космосе. Вроде как и с оговоркой «мыслей о делах всеблагих и благодарности им» можно и по парку прохаживаться. Я запомнил, на всякий случай.

Ну да по поводу этого запрета уже ясно. Там целая дорога протоптана от обители. И дверь незапертая.

Как нельзя сквернословить, я тоже наслушался.

Особых отметок по поводу брата Глеба я там не нашел, так что и с этим пунктом ясно. Не думаю, что стоит настоятеля называть колобком вслух. Но можно не изливаться сложной речью.

Увечьям, нанесению вреда различной степени тяжести и «несчастным» случаям выделялась всего одна страница. Написано было очень пространно. Вроде как и нельзя, но дети богов порой могли не справиться со своей силушкой.

Мол, вся магия от богов, пришибло кого ненароком, на то их воля.

Но наглеть нельзя. Потому что при подозрении злого умысла прямая тебе дорога к инквизиторам. А им не соврешь. Живые детекторы лжи вычисляют на раз и наказание...

На усмотрение настоятеля. Если решение настоятеля не устроило, можно обратиться к великому магистру, а после - к самому императору, как главе церкви.

Перечитывал, отчаянно борясь со сном, я несколько раз. Выучить наизусть и закрепить в голове, гудящей от недосыпа, было нереально. Ну теперь я хоть знал, где мне найти кодекс.

Когда прозвучал утренний колокол, я опять задремал, но добычу в этот раз держал крепко.

Сигнал к подъему и началу завтрака поднял на ноги. Есть хотелось уже ощутимо, но больше всего хотелось переодеться. Две ночи валяния по земле и день на солнцепеке превратили и без того хлипкую одежду в нечто непотребное.

Согласен рискнуть шкурой и пройти ритуал пробуждения только для того, чтобы мне выдали чистую форму.

С Карлом я столкнулся на входе в душевые.