Тайна дома № 12 на улице Флоретт

«А ты думал, что такой человек, как мистер Драбблоу, отправится в какое-нибудь миленькое кафе на площади Неми-Дрё или за покупками в пассаж Грюммлера?» – подумал Джаспер, но легче ему от этой логичной мысли не стало.

Кэб свернул в переулок и покатил между узкими двухэтажными домами, крыши которых топорщились причудливыми медными штырями, похожими на вилки, к одним крепились гнутые пружины, к другим – рваные проволочные сетки. Над мостовой нависали трубы – некоторые проходили так низко, что экипаж едва не цеплял их своей крышей.

Вдали, в смоляной туче никогда не рассеивающегося дыма, высились фабрики и огромные кирпичные дымоходы Гари.

Джаспер уже успел испугаться, что они направляются к дымарям, но тут наконец произошло то, во что мальчик сперва даже не поверил, – кэб заворчал, зафыркал и остановился.

– Прибыли, сэр! – сообщил кэбмен. – Мосто́вая балка!

Накрутив фитили фонарей до предела, он опасливо огляделся по сторонам, крепко сжимая дубинку.

Джаспер соскочил на землю и метнулся к нагроможденной вокруг горбатого фонарного столба куче старой мебели.

Мистер Драбблоу выбрался из кэба. С таким видом, будто его грабят, этот склочный тип заплатил кэбмену и напоследок сообщил ему все, что думает о «преступных надбавках из-за погоды».

Экипаж не без труда развернулся и, выдав из-под днища облако горячего пара, тронулся в обратный путь.

Когда кэб скрылся в тумане, мистер Драбблоу поднял воротник пальто, ниже на глаза надвинул котелок и пошагал к ближайшему дому.

Джаспер поежился от одного их вида: скрюченные, царапающие лозами стекла, они напоминали запертых в аквариумах и пытающихся выбраться на свободу спрутов.

Под окнами у лавки стояли сколоченные из досок ящики, заполненные глиняными горшками, – в них также были высажены растения: длинные лозы, закручиваясь спиралями, выползали наружу и стелились по земле.

Стоило мистеру Драбблоу подойти к лавке, над входом что-то зашевелилось, и Джаспер негромко ойкнул.

Над дверью была установлена здоровенная механическая мухоловка, которую мальчик из-за тумана сперва принял за скопление труб. Крутились шестерни и скрипели пружины, приводя в движение бурые от ржавчины стебли, на них со скрежетом покачивались и хватали воздух проклепанные бутоны-пасти.