Окно в Полночь

Я погладила его по плечу, чмокнула в макушку и прошептала на ухо:

– Вальк, а поцелуй меня? Хочу жить вечно!

И едва увернулась. У друга сдали нервы, и он рванул бить неугодных. Я с визгом выскочила из кабинета под гиканье Саньки и разочарованный вопль Игорька: «А я?! Я в первый в очереди!» Но далеко не удрала – Валик поймал меня в ближайшем же углу. Я прижалась стратегически важным местом к стене, вертелась угрём и хохотала, вереща: «Ы-ы-ы!.. Щекотно!» Пока из своей гномьей пещеры не выползла бухгалтерша и не устроила скандал.

Друг извинился, взвалил меня на плечо и пошёл в наш кабинет. Я уткнулась носом в его спину и тихо всхлипывала от смеха. Щекотки боюсь... везде.

– И что ты с ней сделаешь? – с интересом спросил Игорёк.

Валик посадил меня на стол, опёрся о крышку, прищурился недобро и решил:

– Утащу в свой вампирский замок в городе мёртвых, запру в подвале, прикую к стене цепями и жестоко надругаюсь.

– Ик... у тебя фантазии! – смеяться сил не было, но на хихиканье хватило: – Надругаешься? И изнасилуешь? Я согласна! Что ж ты раньше-то молчал? Столько времени потеряли!.

.

Друг закатил глаза, и в кабинете снова грянул дружный ржач. Теперь нервы не выдержали уже у Гриши. Высунув нос из кабинета, «Сарумян» покрыл нас трехэтажным матом, привычно обозвав напоследок «бездельниками», и громко хлопнул дверью, опять запершись в своей «башне». Мы переглянулись и снова собрались засмеяться, но нас обломали. В кабинете, нервно поправляя галстук, объявился «Голум». Оценил обстановку с сидящей на столе мной и разразился бурной нотацией.

Ага, мы же «взрослые и серьёзные люди!», «штатные сотрудники уважаемой городской газеты!», а устраиваем «разврат на рабочем месте в неположенное время!», а «вдруг мэр?», «вдруг важные клиенты?» И пошел в кабинет редактора.

«Взрослые и серьёзные люди» смутились, покраснели и поспешно рассредоточились по рабочим местам, чтобы продолжать хихикать и переписываться в аське. Мы с Игорьком на правах «Фарамиров» строили козни «Оку», а Валик будучи нашим «противником» в обсуждении не участвовал, отключив аську от греха подальше.

И, видимо, осуществлял давнюю мечту – заимев крутой танк, спасал мир, со зверским выражением лица истребляя супостатов. И внутренний голос подсказывал, что физиономии последних весьма узнаваемы, особенно одна конкретная.

Закончив с тестами, я глянула на часы. Всего-то четыре... И работы нет. И до семи ещё сидеть поди, мы же «штатные». Книжкой, что ли, заняться? И надо что-то решить с полуночными «обмороками».