Окно в Полночь

Словно это я, а не герой, гонялась всю ночь по испытательной башне, отбиваясь от чудищ. Будь оно всё неладно... Но с книгой надо что-то делать. В конце концов, герой-то мой.

Кроме книги беспокоил второй вопрос. Я топала меж сугробов по тропинке, дрожа под порывами колючего ветра. Очень хотелось помыться. Но при глюке – стрёмно. Мало ли, а вдруг не глюк, вдруг проснется от шума воды?.. И даже если глюк... всё равно стрёмно. Хотя, если рассуждать логически, то птеродактиль – это плод больного воображения, и я могу им управлять.

Домофон, как обычно «отмёрз», и дверь подъезда я открыла без ключей. Взобралась на свой этаж почти бегом, согреваясь, и нос к носу столкнулась с дядей Борей.

– Добрый день, Василиса, – улыбнулся он. – А ты чего не на работе?

– Да ну их, надоели, – я улыбнулась в ответ и поставила пакеты на пол.

Сосед никогда ничему не удивлялся, особенно касаемо меня.

– Что, опять слив забился?

– Не, лампочка в ванной перегорела и смеситель барахлит, – наврала я честно. – А папа только на выходных приедет посмотреть. Можно?..

– Держи, – он протянул ключи. – Заодно и за квартирой приглядишь. Меня дня три не будет, купайся на здоровье.

Лицо у него хмурое, небритое, уставшее.

– С мамой что-то?..

Дядя Боря опустил глаза на секунду, надвинул на лоб шапку и снова бодро улыбнулся:

– Не бери в голову. Всё нормально. Цветы польёшь, если дольше задержусь?

Я кивнула.

– Ну, бывай, Василиса. Ключи Николаю – этой мой сосед снизу – потом оставишь. Я к нему зайду, как вернусь.

Закуривая на ходу, он сбежал по ступенькам вниз, а я нахмурилась. Сосед как-то обмолвился, что у него мать очень больна, и раз-два в месяц он ездил к ней в стационар. Ладно, все под Богом ходим, но хорошо бы, чтобы сейчас у него всё было хорошо.

Дома я разложила покупки по полкам холодильника, поела и заглянула в ванную. Глюк никуда не делся, чтоб его за хвост, только место дислокации сменил. Сполз с потолка и обосновался на стене, у полотенцесушителя. И странно так обосновался... Я поморгала на кожистое крыло, проходящее сквозь трубу батареи и полотенце, быстро сгребла с полок мыльно-рыльное и молча вышла. Кажется, зверюга – призрак. Чудно.