Спасение сына великана

Этот клен всегда зеленел, желтел и краснел по-особенному, не так, как другие деревья. Она придумала, что он отвергнутый принц, и разговаривала с ним, когда собирала осенние листья, которые казались ей необычайно красивыми. Ей было всегда жаль, когда осенний ветер и дождь срывал с ее клена последнюю листву.

Сейчас, весной, он вновь зеленый. Хорошо бы оказаться в своей квартире, посмотреть в окно на Таврический сад, погулять там. Она старалась не думать о маме, брате, с которыми ей не позволено видеться. Для них она погибла в уральской экспедиции, в которой выжил только Рой.

«Вот и хорошо, что дождь. Никуда не пойду, никого не встречу, никто меня не узнает», — подумала Соня. К ней подошла Аглая.

— Грустишь? — спросила она. — Я все думаю о том, что ты мне рассказала. Если у вас получится, мы с Гордеем сделаем так же.

— Я уверена, что получится.

— Настоящий потоп, — сказала Аглая, выглядывая в окно. — Гордей пошел на совет. Они будут думать, как это остановить.

— Драконы будут говорить о дожде? — удивилась Соня.

— Какое им до этого дело?

— На этот раз самое прямое.

На петербургский совет драконов, который, как обычно, проходил в квартире Левона, были приглашены Злата, Миранда и Мрак Кощеевич. Картина вырисовывалась следующая: двадцать седьмого мая ладожская вода хлынет на город, разрушит и затопит его, превратив в море. Это случится внезапно и быстро. Все вокруг будет снесено одной огромной волной.

— Проклятые Лусуны! — зло сказал Левон. — Их нужно найти и убить.

— Правильно, — поддержал Гордей.

— Монголов убьем. Дождь прекратится. Катастрофы не будет.

— Феникс, совет Скрытого Трехгорья давно ждет, когда ты разберешься с Озобергом. Больше откладывать нельзя. Тебе нужно решиться. Он не может достать тебя, так затеял вселенское зло. Ответь ему наконец. Поймай его, — сказал Вагус.

— Дело не в монголах и не в отце, — резко ответил Феникс. — Катастрофа неизбежна. Гном сказал, что процесс начался. Дно Ладожского озеро сдвинется, и вода выльется на город. Мы знаем точно, когда это случится.

Если мы сейчас остановим монголов, возможно, отсрочим неминуемое. Тогда это произойдет когда-нибудь потом, внезапно. Погибнут миллионы людей. Сейчас мы можем спасти их и город.

— Позвольте. Отсрочить неизбежное… Без монголов и Озоберга это может случиться лет через двести или триста. Зачем спешить? — поинтересовался Мрак. — Люди будут другие, город будет другим. Пусть сами разбираются.

— Речь идет лишь о днях, может быть, месяцах, — возразил Феникс.