Спасение сына великана

В это время грозный царь зверей яростно бросался на ограждение, охраняя свою территорию и пугая детей.

Затем посмотрели лисиц и выдр, понаблюдали за затейливым танцем японских журавлей, послушали пение белоруких гиббонов, поучаствовали в конкурсе на имя для детеныша черной макаки, покормили козочек.

— Разве это волк! — возмущался Мрак, глядя на мирно спящую собакоподобную волчицу с облезшим серо-желтым мехом. — Знавал я Серого Волка. Личность, я вам скажу. Огромный, лохматый, ему лесной брадобрей косы из шерсти заплетал.

А умища — палата! Все знал наперед. На всех лесных и человеческих языках говорил. Хитер был, из любой заварушки героем выскакивал.

— Никогда не видела лесного брадобрея, — улыбнулась Лиля.

— Как же. Он необходим, если у вас важное событие и нужно привести голову в порядок, — сказал Мрак, поглаживая свой лысый череп. — Например, водяной — борода косматая, волосы путаные, решил жениться на прекрасной русалке, — продолжал говорить кощеев сын, мечтательно закатывая глаза. — Брадобрей волосы распутает, в косы заплетет, тину из бороды вытащит.

Красавца сделает.

— Наши водяные без причесок женились, — рассмеялась Лиля.

— Водяной некрасивый и злой, — сказала Ирис.

Девочка сердито посмотрела на Мрака. Ей не нравился не столько водяной, сколько кощеев сын, бросающий восхищенные взгляды на маму.

— Почему же в нашем лесу не было брадобрея? — спросила Лиля.

— Извелись. Ни Серого Волка, ни брадобрея. Ни старого леса. Погибающая империя, — многозначительно ответил Мрак.

После осмотра экзотариума, где дети обнаружили множество разнообразных родственников своих домашних питомцев, гекконов Аквора и Гербы, решили передохнуть и съесть по мороженому.

Многим известно, что петербургское мороженое самое вкусное на свете. Чтобы в этом убедиться, стоит его попробовать, только нужно правильно выбирать сорта. Мрак купил всем по знаменитой сахарной трубочке. Лиле с пломбиром, детям шоколадное, а себе крем-брюле. Они расположились на скамейке напротив большой клетки с хищными птицами. Орлы, беркуты, черные грифы и белоплечие орланы замерли на сухих ветвях, словно чучела.

— Как-то я слышал, что любители природы разрезали эту клетку, чтобы выпустить птиц на волю. Никто не улетел, — сказал Мрак.

— Почему? — удивилась Лиля.

— Они живут здесь давно, многие с рождения, их кормят, они больше ничего в жизни не видели. Ко всему можно привыкнуть, даже к неволе. Вот и мы привыкли к новой жизни, — ответил Мрак.

— Почему исчезает старый лес? — спросил Серафим.