Принцессы возвращаются домой

Он даже зауважал своего двойника (если только Асканий сам придумал и сотворил все имевшиеся в лаборатории хитроумные диковинки). Да и жалко стало великого мага, чьи далеко идущие замыслы оказались порушенными компанией, состоявшей из кучки рисковых тинэйджеров, бывшего оборотня, флегматичной студентки-философини, простодушного милиционера Лапушкина, самого Аркадия Сергеевича, многих простых, совершенно чуждых и науке, и магии, москвичей и…

И – кем бы он ни был – Гронта?

128.

Лапушкин с головой погрузился дела, работая как проклятый за себя и за Мардохеева.

У него даже не было времени пообедать – спасибо Лесе Птицыной, что поделилась с ним бутербродом и заварила вкусного чаю. Нервные переговоры с начальством, ответы на беспрерывно раздававшиеся звонки, допросы свидетелей, потерпевших и подозреваемых, пара выездов на места происшествий, кипы рапортов, справок, доносов, запросов, отражение нескольких атак снимающей и пишущей братии…

Уфф!!..

К вечеру стало немного полегче, но со службы не отпускали: приказом сверху вся городская милиция была переведена на особый режим работы; отдыхающие были отозваны из отпусков и отгулов, не слишком серьёзно больные – с диванов, пенсионеры, способные дать дельный совет – со своих садовых участков…

Но когда часам к девяти Лапушкин начал засыпать прямо над телефоном (сказалась бессонная и суматошная ночь), начальство смилостивилось и велело ему отправляться домой, чтобы завтра как штык явиться к восьми в отделение.

Мозг его уже почти не справлялся с нагрузкой, однако Николай Евгеньевич всё же зашёл в огромный универсам и купил немного продуктов себе, а животным –нужного корма.

Поднявшись в квартиру, он первым делом зашёл на лоджию и едва не обмер: черепаха не подавала признаков жизни. Голова её безвольно висела, вывалившись из-под панцыря, глаза были затянуты мутной плёнкой, лапы не шевелились, хвостик напоминал увядший кончик заплесневевшей свеколки…

Как бы Лапушкин ни относился к Асканию, его гибели он, разумеется, не хотел.

Второпях накачавшись крепчайшим кофе, он схватил бездыханную тварь и помчался к ветеринару, благо, клиника находилась недалеко и работала круглосуточно.

Кормить кота было некогда.

Да и не было больше в квартире никакого кота…

129.

– Папа!!..

Ляля давно так не радовалась при виде отца, хоть и знала теперь, что Василий Петрович – не её, а Клавин родитель.

– Ты принцесса моя!! – раскрыл он ей объятия.