НЕБЕСА. Прибытие

Вспышка мелькнувшей мыслью ужалила в самое сердце, он слаб, слаб из-за меня. Я стала его слабым местом, это из-за меня он пошел на сделку с Орденом и теперь тот упивается этим мучительным для него ритуалом.- Ева, пожалуйста, оставайся на месте! - в отчаянии крикнула Лея, заметив мой порыв сойти с места, - если ты сделаешь хоть шаг, никто из нас не выйдет отсюда живым.Ее слова подействовали, я остановилась, как вкопанная, с мольбой взглянув на Томаса.- Ева, все нормально - я вздрогнула, и холодная дрожь пробежала по телу, стоило мне услышать его надрывный голос, - слушай Лею.

- Томас, Томас, ты ведь не думал, что твои многократные отказы останутся без внимания Ордена, - раздался сладкопевчий голос Лукаса, - ты знал, что тебя ждет, придя сюда. Поэтому твоя клятва будет особенной, - злорадная улыбка обнажила исключительной белизны зубы.- Можешь даже не сомневаться, Лукас, - усилием воли процедил сквозь зубы Томас.Тому явно не понравился ответ. Тяжело дыша, Томас снова поднял на меня глаза, будто эта связь имела для него свое, чрезвычайно большое значение. В руках Лукаса что-то сверкнуло и своим блеском привлекло мое внимание - кинжал! Холодное лезвие, уходящее под черную гладкую рукоять, отбрасывало огромную зловещую тень, от которой меня затрясло.- Орден решил, что слишком часто предлагал тебе свою помощь, а ты слишком часто пренебрегал нашим покровительством, чтобы утолить нашу гордость одной каплей, сын, - Доминик говорил быстро и порывисто, сдерживать волю Томаса и говорить одновременно, было не так уж и легко, костяшки его пальцев побелели, руки била мелкая дрожь, голос хрипел, - ты полностью перейдешь во власть Ордена и станешь нашим аскари. (убийца, палач прим. автора).Томас усмехнулся и покачал головой.- Вижу, Вашей деспотичности нет предела... отец, - в последнее слово было вложено столько скрытой ненависти и презрения, что одна из рук Доминика дрогнула, и Томас тут же потянул на себя невидимые путы, и левая рука тут же соскользнула с крючка, освобождаясь. Но в тоже мгновение кинжал пронзил его левое плечо насквозь, и Доминик снова смог подавить уже раненную волю, пригвоздив руку обратно на прежнее место. Мой вскрик отскочил от стен клятвенной залы и пронесся по всем углам. Алан и Лея замерли точно статуи, любой их порыв мог спровоцировать смертельный исход.- Caelum, audite!/Да услышат, Небеса! - Томас заговорил, и я снова взглянула на него. Мои глаза приковала кровь, сочившаяся из-под рукояти кинжала.