НЕБЕСА. Прибытие

За его спиной, прекратив битву, но все еще готовые к атаке, стояли пять бойцов Ордена. Но и за моей спиной образовалась группа их противников, тудоры один за другим выстраивались позади меня.

- Не в этом дело, Алан, - сбивчиво, но все-таки старательно произнесла я, высвобождая руку из его руки, - я принесла клятву, теперь я с ними.

Я опустила глаза, заранее понимая, что мне не выдержать их осуждающе отчаянных взглядов.

Яростный стон Томаса заставил поднять глаза, болью отозвавшись и в моем сердце. Я продолжала причинять ему боль, и мне становилось только хуже от этого.

- Томас! - голос Юлиана за спиной раздался в самый подходящий момент, - чем обязан Ордену на своей территории? Ворвался, устроил драку, развеял мою тень.

- Юлиан. Я убью тебя! Ты все это подстроил!

- Ева сама пришла ко мне, мы поговорили, заключили сделку и все остались довольны, - Юлиан хитро улыбнулся.

- И ты уверен, что сделка честная? Что ты не утаил от Евы ни одной ее детали? - Алан был напряжен, в отличие от меня он всегда сомневался в истинных намерениях других.

- К вашему сожалению, - Юлиан усмехнулся, его поведение меня озадачило, он вел себя играючи, как кошка с мышкой. Я была его главной защитой, его политикой сдерживания. Он правильно сказал, что Томас не станет нападать, если я буду одна из них. Сейчас они пришли за мной, чтобы спасти, считая меня пленницей тудоров, но совсем другое дело, если я сама, по воле клятвы, с ними.

- Пришла пора сесть за стол переговоров, не так ли мистер Майерс? Как думаете, теперь Орден способен на здравые рассуждения и компромиссы?

- Несомненно, мистер Тудор, - сухо ответил Алан, - назначайте время, я передам Ордену Ваше предложение.

- Очень хорошо! А теперь попрошу Вас покинуть территорию дворца.

Алан взглянул на меня. Я сама обняла его, что бы успокоить.

- Через час.

- Томас, - голос дрожал, я готова была разрыдаться, - мне так жаль.

Он молчал, лишь пристальным, испытующим взглядом смотрел на меня.

Я опустила голову. Он злился, отчаянно злился, хоть и не подавал вида, но я знала, что внутри него горит пожар и как и в тот день в его келье, останься он один, отпустил бы эту злость на все четыре стороны.