Иди ты к лешему!

Еще два дня я уговаривала себя, что мне нет дела до такого его отношения ко мне. Была рассеянной, отвлекалась постоянно. Движения стали какими-то дерганными, как у психа со стажем. Старалась не смотреть на него, отворачивалась. Сама понимала, что веду себя, как обиженный ребенок. И все равно травила себе душу обидой.

Значит, все-таки все дело в детях. Вопреки его воле, только ради цели – золотых девочек. Сопротивлялся, не хотел потому, что не понравилась, не соответствовала его запросам. Увидел и возмутился, бунтовал, потому что – я.

А иначе почему принял меня в штыки? Неприятие было очень сильным – я помнила это. Он же тогда гнал меня от себя. Неужели я так непривлекательна по сравнению с теми женщинами, к которым он привык? Но как инкубатор…очень даже ничего… Цель-то высокая!

Когда мужчины уехали на прииск, я зависла возле небольшого зеркала в спальне. Я всегда была симпатичной, а после всех этих изменений еще похорошела. Но внешность мою скорее назвали бы экзотичной и необычной – с черными волосами, зелеными глазами… чуть вздернутым носом, небольшим ртом, округлым овалом лица.

Идеальной красавицей, как та, что была тогда с ним, я не стала.

Внимательнее вгляделась в свое отражение, и вдруг пришло узнавание – эти цвета и краски тоже описывались у Бажова. Такие малахитовые глаза и черные с прозеленью косы были у Хозяйки Медной горы. Совпадение? Понятное дело.... Но что-то слишком много их стало, этих совпадений. И все в тему. Откуда вся эта уральщина у нас, в Сибири? И вспомнила, как однажды захотела посмотреть в интернете на знаменитую Медную гору - яма… На ее месте осталась просто огромная мертвая яма.

А из Урала выкачали все, что могли, изувечив и испоганив его. И только далеко на севере осталось еще что-то живое. Но, очевидно, это место уже не могло стать пристанищем для былой сказки.

Глава 15

Скоро мы с братом и Мышкой провожали отъезжающих гостей. Они поели последний раз в нашем доме, снесли в ГТТ свои вещи, какие-то приборы. Попрощались и поблагодарили за гостеприимство.

Ко мне подошел Львович. Я насторожено вскинула голову, глядя ему в глаза. Он внимательно всмотрелся в мои и сказал:

-Настенька, я не хотел обидеть, только потом понял, как это прозвучало. Не нужно было говорить про это предназначение, ты не так все поняла. И убедить тебя я не смогу – не знаю как. Вот, возьми – это тебе на память.

Мне в руку легло что-то тяжелое, я сжала кулак. Тяжело сглотнула, горло опять пережало от обиды. Отвернулась и ушла в дом.