Иди ты к лешему!

И на работу я ездила как прежде, с подозрением поглядывая на симпатичного водителя маршрутки, раньше неоднократно оказывавшего мне знаки внимания. Нет, не он... Мужчины на работе тоже никак не выдали себя. Мой приятель Николай удивлялся вместе со мной и все было, как всегда. До поры, до времени.

Провалившись в очередной раз в искусственный сон… тоже мучительный, но не запоминающийся, я была разбужена телефонным звонком. Он прозвучал над ухом, как сирена скорой помощи. Толком не проснувшись, заплетающимся языком ответила дежурным «алле» на манер Карины.

- Анастасия, с вами разговаривает Лев Роговцев. Нам необходимо поговорить и немедленно. Это очень важно, речь идет о жизни моего сына. Единственного сына, Анастасия.

Я тупо пыталась сообразить – чьего? Какого сына? О чем там сейчас…? В голове было пусто. Потом снотворный туман стал потихоньку рассеиваться.

- Извините, я плохо соображаю – снотворное. Что случилось?

- Не телефонный разговор. Я подъеду или прислать за вами машину? Это было бы лучше.

Я сейчас в областной больнице, в реанимации.

- Присылайте. Уже одеваюсь.

Я мучительно вытаскивала себя из состояния анабиоза. Включила кофе-машину, задав двойную крепость напитка и стала под прохладный душ. Пока одевалась и пила кофе, а потом чистила после него зубы, думала. Что-то плохое случилось со Львовичем, это понятно. Он в реанимации, значит это или травма, или болезнь. А болеют ли они вообще? Зато у всех этих товарищей чудесная регенерация. Когда в своё время я почти голышом путешествовала по морозу, то отделалась всего лишь легким насморком.

Любой нормальный человек получил бы тяжелое обморожение или пневмонию. Так в чем же дело и почему это касается меня? Понятно, что нужна помощь, но что могу я? Постараюсь, конечно… Тревога все сильнее пробивалась в затуманенное сознание. Пока дождалась машину, меня уже трясло и колотило. Но про парик и линзы я не забыла.

Лев сам поднялся за мной. Я просто кивнула, не приглашая войти, обулась и вышла за ним из дома.

Говорить он начал только в машине, совершенно не принимая во внимание водителя. Мы оба сидели на задних сиденьях, я поглядывала на него из-под длинной челки и слушала.

- Роман в реанимации. Дело в том, что травмы слишком серьезны. Было два взрыва. Первый – в моторе. Он не успел сесть в машину и его просто отбросило. Но водителя заклинило рулем и перекосило дверь. Роман пытался открыть ее и вытащить Сергея, и ему это почти удалось.