Лихорадка Пифона

На вопросы и угрозы она не реагировала, Булат даже усомнился в том, что она понимает русскую речь и умеет говорить.

Вдруг дверь шумно распахнулась, и в комнату ворвался высокий, очень худой, лысый господин. Он подбежал к кровати Ягишны, увидел ее опухшее, исцарапанное лицо, обездвиженное тело, закрытые глаза, возвел руки вверх и застонал. В дверях мелькнула испуганная администраторша Леночка. Гордей жестом успокоил ее и прикрыл дверь.

— Что с мамашей? — взволновано воскликнул господин.

— Вы сын Бури Виевны Яги? — спросил Левон.

— Кто вы такие и откуда знаете мамашу? — с подозрением спросил лысый господин.

— Бурю Виевну Ягу мы знаем давно, как и многих жителей леса, — спокойно ответил Амадиус. — Общаемся с ней нечасто, поэтому с вами не знакомы. Тем не менее вчера наш лекарь Феникс лечил ногу избушки вашей матушки. Мы петербургские драконы.

— Драконы в человечьем обличье. Сколько лет на свете живу, не встречал. Хотя припоминаю, что-то такое мамаша говорила, как раз о Фениксе, — уже более спокойно сказал господин.

— За матушку не беспокойтесь. С ней все будет хорошо. Как нам к вам обращаться? — поинтересовался Гордей.

— Мрак Кощеевич Бессмертный, — ответил лысый господин, дернув головой. — В человеческом мире Марком Константиновичем кличут.

Гордей назвал себя и представил всех драконов.

— Буря Виевна Яга говорила, что вы с женой в Германии, — сказал Феникс.

— Померла жена, сегодня вернулся, завтра хоронить буду, — удрученно рассказал Мрак. — Вдруг Желтоглаз прилетает с запиской.

Феникс рассказал о том, как он вчера лечил избушку и впервые увидел Жабаку, в каком дурмане они нашли сегодня Ягишну, как заставили девицу влезть в жабью кожу и как доставили сюда старушку и Жабаку. Во время рассказа лицо Мрака Кощеевича менялось от просто худого со взволнованными глазами до черепа, туго обтянутого кожей, с гневным взглядом. Он подскочил к столу, на котором стоял аквариум, уселся на стул и согнул свое длинное тело так, чтобы Жабака расположилась на уровне его огромных глазниц.

— Зачем мамашу хотела извести? — крикнул он страшным голосом и пронзил жабу огненным взглядом.

Жабака встрепенулась, испуганно вылупила глаза и неожиданно для драконов заговорила:

— Незачем мне твоя мамаша. Мне Феникса велено было найти и под свою волю взять, — шипящим голосом, попеременно поквакивая, словно оправдывалась она.

— Феникс тебе зачем? — удивился Булат.

— Мне на него наплевать.

— Во гадина.