Лихорадка Пифона

Цикл: «Квартирное хозяйство для городских домовых»

Количество часов: 144

Оценка: удовлетворительно

Бумага имела солидный вид, была украшена золотыми вензелями и заверена тремя подписями и печатью.

— Почему удовлетворительно? — спросил дракон, обескураженный ситуацией.

Феникс представить себе не мог, что подобные курсы существуют.

— Практики не хватило, — отчитался Шкварк.

— Кто тебя принял? Ты же алкоголик!

— Лечился. Завязал. Справочку имею, — невозмутимо парировал домовой.

Он осторожно выудил из второго файлика потрепанный клочок бумаги с пятнами и подтеками и передал Фениксу.

На нем дракон с трудом разобрал кривые буквы:

НЕГОДНИК ЗАШОПТАН

АГАФА

— Бабка старая, слепая, малограмотная, — пояснил Шкварк неаккуратный вид справки. — Осторожно! — вырвалось у него, когда ветхая бумажка надорвалась.

Феникс на него сердито зыркнул. Но Шкварк был настроен решительно. Он всучил дракону несколько сомнительных рекомендаций.

— Хватит, — сказал Феникс, бросив бумаги на стол.

— Вот, — с победоносным видом не останавливался Шкварк.

— Письмо.

Это было послание от домового Левона. В нем Шкет ручался за дальнего родственника и просил принять на службу.

— Ступил на путь исправления, готов верой и правдой служить драконам… — процитировал Феникс содержание письма.

— Прошу простить. Дать, так сказать, второй шанс, — сказал Шуруп.

Он снял колпак, обнажив вихрастую голову.

— Я тебе не верю, — отрезал дракон.

Шуруп спокойно сложил все бумажки в папку. Затем залез на табурет у плиты. Перевернул одним взглядом все куски мяса.

Утопленная ложка сама по себе выпрыгнула из кастрюли. Домовой дыхнул на нее, и она стала совершенно чистой. Феникс скривился. Шуруп это заметил, слез со скамейки, подошел к раковине и тщательно вымыл ложку с «Фэри».

— Есть будешь? — спросил он после всех этих действий.

— Давай, — сказал дракон после короткого размышления. — Но это не значит, что я тебя принимаю, — тут же добавил он.

— Понимаю, понимаю, — приговаривал Шуруп, ловко сервируя стол.

Феникс со вчерашнего дня толком ничего не ел.

Так что с аппетитом умял мясо с острой подливой, а потом закусил свежей кулебякой, которая, следует отдать должное повару, удалась на славу.

— Готовить научился. Но…

— Одному жить плохо. От этого пить начинают. Я ведь тогда старался, чтобы ты в дураках не остался.

— Что ты имеешь в виду?

— Лильку твою. Нечего дракону с русалкой связываться.

— Ты что же, знал? — удивился Феникс.

— Отчего же не знать. Несложно понять-то.