Лихорадка Пифона

По точным расчетам звездочета Галактиона, на этот раз весеннее равноденствие ожидалось ранним утром 20 марта ровно в 4 часа 30 минут и 11 секунд. К этому времени в Скрытое Трехгорье слетелось большинство уральских драконов. В Петербурге остался советник Амадиус, которому по старости лет уже не разрешалось трансформироваться, и хранитель Левон, потерявший крыло в схватке с монголами.

Феникс целый месяц не видел Гордея и Булата, а других друзей значительно дольше. Последние дни он весело проводил время в обществе молодых драконов.

Петербургские драконы прилетели не одни, они привезли Жутяшу. Девочку поселили в Нижнем Ловище, в доме медволака Вазилы. Накануне праздника Феникс пошел ее проведать.

Крепкий бревенчатый дом Вазилы стоял на ровной поляне, окруженной небольшими холмами, густо покрытыми запорошенными деревцами — карликовыми березками и низкорослыми соснами. К дому прилегали многочисленные хозяйственные постройки и огороженные, с вытоптанным снегом, площадки.

— Что надо? — буркнул Вазила, приоткрыв дверь.

— Жутяшу проведать.

— Повадились! — сердито сказал медволак, но дракона пустил.

В центре большой комнаты жарко топился камин. Жутяша накрывала на стол.

— Феникс! — обрадовалась она. — Мы собираемся обедать. Будешь с нами?

Вазила недовольно крякнул и вышел из комнаты.

— Нет, спасибо. Я ненадолго забежал. Расскажи, как ты добралась?

— Представляешь, я путешествовала в пузе Булата, в летательном мешке.

Дракон никогда не слышал, чтобы Жутяша так много и так радостно говорила. Ее васильковые глаза сияли и не казались взрослыми, как было всегда, с того момента как он впервые увидел ее.

— Ты не испугалась?

— Нисколько. Как ты думаешь, когда я увижу Вагуса Моргана?

— Сразу после праздника.

— Я тоже хочу на праздник.

— Нет, тебе нельзя.

— Почему? — огорчилась девочка.

— Это драконьи дела. Вазила тоже не пойдет. Он тебя не обижает?

— Он строгий, но добрый. И одинокий... Думаю, мы подружимся. Не сразу, но подружимся, — уверенно сказала Жутяша.

— Я тоже так думаю. Он всегда сердится во время Сорокоджара.

— Почему?

— Увидишь.

— Мне же нельзя на праздник.

— Здесь увидишь.

Феникс решил, что сделает все, чтобы помочь девочке. Одно его смущало.